Текущее время: 30 сен 2020, 19:37

Часовой пояс: UTC + 2 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 115 ]  На страницу 1, 2, 3, 4, 5 ... 12  След.
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Шри Ауробиндо "О себе" 1 и 2 часть
СообщениеДобавлено: 26 дек 2011, 18:29 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 10 дек 2007, 16:20
Сообщения: 4305
Откуда: Кострома
ШРИ АУРОБИНДО О СЕБЕ

пер. А.Суворовой

СОДЕРЖАНИЕ
ЧАСТЬ I.
ШРИ АУРОБИНДО О СЕБЕ

Раздел 1. Жизнь до Пондишерри
1. Ранние годы в Англии
2. Жизнь в Бароде
3. Лидер индийского национализма
4. Поправки к неверным утверждениям прессы
Раздел 2. Начала йоги
Раздел 3. Его путь и другие пути
Раздел 4. Садхана для земного сознания
Раздел 5. Учитель и наставник
Раздел 6. Поэт и критик
Раздел 7. Воспоминания и наблюдения
Раздел 8. Послания
Раздел 9. Некоторые ранние письма

ЧАСТЬ II.
ШРИ АУРОБИНДО О СЕБЕ И О МАТЕРИ

Раздел 1. Письма об эволюции
Раздел 2. Тождество их сознания
Раздел 3. Трудности искателей пути
Раздел 4. Помощники в пути

ЗАМЕЧАНИЕ

Шри Ауробиндо настоятельно повторял, что только он сам может правдиво писать о себе, но так и не написал исчерпывающего или систематического очерка своей жизни. В переписке с учениками и другими лицами он иногда разъяснял отдельные положения, между прочим ссылаясь на некоторые события своей жизни или некий опыт в своем йогическом развитии. В других случаях исправлял вводящие в заблуждение суждения о себе, напечатанные в журналах и книгах, и делал замечания по некоторым пунктам своей биографии трем биографам, которые представили ему на проверку свои рукописи. Весь этот материал был собран и систематизированно представлен в Части I настоящего тома, чтобы снабдить читателя точной информацией о жизни Шри Ауробиндо и не оставить места для сомнительных или вводящих в заблуждение заявлений относительно него. Необходимость в этом возникла в связи с тем, что многие книги и статьи о нем, даже когда они написаны с благими намерениями, зачастую грешат неточностью в изложении фактов и неверностью их интерпретации.
В некоторых своих письмах Шри Ауробиндо писал о себе и о Матери после того, как она приехала в Индию и присоединилась к его духовным исканиям. Эти письма собраны отдельно и помещены в Части II настоящего издания.
Некоторые из писем Шри Ауробиндо о Йоге, Поэзии, Литературе и Искусстве, включенные в эту книгу, заимствованы из других томов, входящих в Юбилейное Издание, поскольку также относятся к жизни Шри Ауробиндо или Матери. Другие публикуются впервые. В некоторых случаях. Когда письмо в целом посвящено различным темам, только часть, касающаяся самого Шри Ауробиндо или Матери, выбрана для включения в этот том. Иногда, стараясь избежать слишком личных интонаций, Шри Ауробиндо писал о себе в третьем лице. По этой причине в нескольких местах книги упоминание о Шри Ауробиндо дается в третьем лице.

ШРИ АУРОБИНДО СВОИМ БИОГРАФАМ

Только я сам могу говорить о событиях моего прошлого, придавая им истинную форму и значение.
*
Я вижу, вы настаиваете на биографии, - действительно ли это так необходимо и полезно? Попытка обречена на провал, поскольку ни вы, ни кто иной ничего не знаете полностью о моей жизни: она протекала не на поверхности, где ее легко наблюдать.

*
Но зачем вообще писать мою биографию? Разве это действительно нужно? На мой взгляд, ценность человека определяется ни его ученостью, ни его положением, славой или деяниями. Она определяется тем, чем он является и чем внутренне становится.
Шри Ауробиндо

ЧАСТЬ I. ШРИ АУРОБИНДО О СЕБЕ

Заметки и письма о своей жизни

Раздел 1. Жизнь до Пондишерри

Этот раздел, касающийся раннего периода жизни Шри Ауробиндо до его прибытия в Пондишерри в 1910 г., составлен из заметок, относящихся к 1943-1946 гг., которые он делал, читая рукописи трех биографов, представленные ему для исправления, проверки и одобрения. Заметки предназначались как для разъяснения отдельных моментов биографов с помощью существенных фактов, так и для исправления и изменения их там, где это необходимо.
В большинстве случаев краткие отсылки к тексту неправленых рукописей или указания на неполные или ошибочные утверждения в них выделены курсивом и предшествуют комментариям Шри Ауробиндо. В некоторых случаях даются лишь небольшие заголовки.
Замечания, сделанные Шри Ауробиндо на полях его биографии, составленной автором из Махараш-тры, также включены в этот раздел книги. Сюда же вошли заметки и письма, написанные им с целью исправить неверные или вымышленные суждения относительно его жизни, опубликованные в журналах и книгах.
Несколько писем к ученикам, написанных в ответ на их вопросы об отдельных событиях раннего периода его жизни, публикуются вместе с заметками.

1. Ранние годы в Англии

Ауробиндо родился 15 августа 1872 г. в Калькутте. Его отец, сильная личность, человек больших способностей был среди первых, отправившихся учиться в Англию. Он вернулся полностью англизированным в привычках, идеях и идеалах, - настолько, что, будучи ребенком, Ауробиндо говорил только на английском и хиндустани и выучил родной язык лишь по возвращении из Англии. Отец решил, что его дети должны получить всецело европейское воспитание. В Индии для начального образования их послали в школу ирландских монахинь в Дарджилинге, а в 1879 г. отец отвез трех сыновей в Англию, где поместил их у английского священника и его жены, дав тем строгое наставление уберечь детей от знакомства с какими-либо индийцами и любого индийского влияния. Эти инструкции исполнялись буквально, и Ауробиндо рос, не имея никакого представления об Индии, ее народе, ее религии и культуре.
Ауробиндо никогда не посещал манчестерскую начальную школу, в которой учились два его брата; он получил частное образование у мистера и миссис Дрюэтт. Дрюэтт был великолепным знатоком латыни: он не учил Ауробиндо греческому, но преподал ему столь прочные основы латыни, что директор лондонской школы Св. Павла сам взялся подготовить его по греческому, а это затем помогло ему быстро продвинуться в старших классах школы.
Остин Ли не был ректором в те времена, им был некий Протеро.
Ауробиндо сосредоточился на классических языках в Манчестере и школе Св. Павла: но за последние три года в школе Св. Павла он просто прошел школьный курс и уделял большую часть своего свободного времени чтению по собственному выбору, особенно английской поэзии и прозы, французской литературы, а также древней, средневековой и новой истории Европы. Он также уделил некоторое время итальянскому языку, немного - немецкому и совсем чуть-чуть - испанскому. Он писал много стихов. Школьные занятия оставляли ему немало свободного времени: он легко справлялся с ними и не считал нужным долго сидеть над уроками. Точно так же в Королевском Колледже ему удалось получить за один год все награды за стихи на латыни и греческом и др.
Он не получил степени в Кембридже. Он был допущен с отличием к первой части итогового экзамена, после которой обычно присуждается степень бакалавра искусств. Но, поскольку имел лишь два года в своем распоряжении, ему пришлось проходить этот экзамен на втором году, а первая часть дает право на степень только на третьем году. Если студент сдает первую часть на втором году, он обязан пройти вторую часть экзамена на четвертом роду, чтобы подтвердить свое право на степень. Ауробиндо мог получить степень, если бы подал прошение, но не придал этому большого значения. Степень в английском языке имеет ценность лишь в том случае, если студент собирается посвятить себя научной работе.
Школа Св. Павла была дневной. Три брата жили в Лондоне с матерью мистера Дрюэтта, но через некоторое время, после размолвки с Манмоханом по вопросам религии, она ушла от них. Старая миссис Дрюэтт была истовой протестанткой и говорила, что не может жить в одном доме с атеистом, иначе крыша обрушится ей на голову. После этого Бенойбхушан и Ауробиндо заняли комнату в здании Либерального клуба в Южном Кенсингтоне, где секретарем был Дж.С.Коттон, брат сэра Генри Коттона, некоторое время служившего вице-губернатором Бенгалии, а Беной помогал ему в работе. Манмохан снимал квартиру. Это было время тяжелых испытаний и нужды. Позже Ауробиндо также снял отдельное жилье, пока не поселился в Кембридже.

ИМЯ В АНГЛИИ

Имя, данное ему отцом, звучал как Ауробиндо Экройд Гхош. Шри Ауробиндо исключил "Экройд" из своего имени еще до отъезда из Англии, и более никогда им не пользовался.

ТЯГОТЫ В ГОДЫ УЧЕБЫ В АНГЛИИ

В течение целого года его дневной рацион составляли один-два сандвича, хлеб с маслом и чашка чая на завтрак и на пенни сухой колбасы - по вечерам.

ПРОВАЛ ЗАЧЕТА ПО ВЕРХОВОЙ ЕЗДЕ НА ЭКЗАМЕНАХ ДЛЯ
ИНДИЙСКОЙ ГРАЖДАНСКОЙ СЛУЖБЫ

Ничто не удерживало его в комнате. Он не испытывал желания поступить на Индийскую гражданскую службу и искал возможности избежать этого рабства. Некими маневрами ему удалось добиться дисквалификации в верховой езде, при этом, не отказываясь от службы, чего бы никогда не разрешила ему семья.

Оказавшись непригодным для Индийской гражданской службы, Шри Ауробиндо полностью предался классическим занятиям.
Эти занятия к тому времени были завершены.
Через два года после экзаменов на Индийскую гражданскую службу он закончил Королевский колледж по первому разряду в классических науках.
Это случилось раньше, до провала на упомянутом экзамене.
В возрасте до двадцати лет Ауробиндо освоил греческий, латынь и английский, а также приобрел значительные знания в таких европейских языках, как немецкий, французский и итальянский.
Следует точнее сказать: "...освоил греческий, латынь, английский и французский, а также приобрел некоторые знания немецкого и итальянского".
В ранние годы в Англии он твердо решил бороться за освобождение своего народа.
Это не совсем так: в этом возрасте Ауробиндо только впервые заинтересовался индийской политикой, о которой до того не имел никакого понятия. Отец стал посылать ему газету "Бенгалец", подчеркивая места, где говорилось о дурном обращении англичан с индийцами, а также в своих письмах обвинял в жестокости британское правительство в Индии. В одиннадцать лет Ауробиндо уже понимал, что близится время общего переворота и революционных изменений в мире, и ему предназначено сыграть в них свою роль. Теперь его внимание было привлечено к Индии, и это чувство вскоре оформилось в идею освобождения родины. Но "твердое решение" сложилось только через четыре года, когда он отправился в Кембридж, где в качестве члена, а одно время и секретаря Индийского меджлиса многократно выступал с революционными речами, которые, как он узнал впоследствии, предопределили решение начальства не допускать его на Индийскую гражданскую службу: провал за зачете по верховой езде был только предлогом, поскольку в некоторых других случаях соискателям предоставлялась возможность исправить такой провал в самой Индии.
Юный Ауробиндо, будучи в Англии, создал тайное общество "Лотос и кинжал".
Это неверно. Однажды индийские студенты собрались, чтобы создать тайное общество с романтиче-ским названием "Лотос и кинжал", каждый член которого поклялся трудиться ради освобождения Индии в целом и, в частности, выполнять конкретную работу для осуществления этой цели. Ауробиндо не создавал общества, а только стал его членом, как и его братья. Но общество оказалось мертворожденным. Это случилось как раз перед его возвращением в Индию, когда он окончательно оставил Кембридж. Индийская политика того времени была умеренной, даже робкой, и индийские студенты в Англии впервые предприняли попытку такого рода. В свое время в самой Индии Радж Нараян Бос, дед Ауробиндо со стороны матери, уже создал тайное общество, членом которого, в частности, был юный Тагор, и заложил основы национальной и революционной пропаганды, но это ни к чему не привело. Позже революционный дух охватил Махараштру, и в Западной Индии было организовано тайное общество во главе с раджпутским аристократом: оно имело Совет пяти в Бомбее, членами которого стали несколько крупных маратхских политиков. Ауробиндо завязал связи с этим обществом где-то в 1902-1903 гг. вскоре после того, как он сам приступил к тайной революционной деятельности в Бенгалии. В Бенгалии он создал несколько небольших организаций, работавших раз-дельно и без конкретного плана, и пытался объединить их единой программой. Этот союз не был осуществлен до конца и длился недолго, но самое движение росло, очень скоро обрело значительную поддержку и распространение и стало внушительным фактором общего брожения в Бенгалии.
Будучи в Лондоне, он постоянно посещал еженедельные собрания Фабианского общества.
Никогда.
Молодой Ауробиндо был чувствителен к красоте человека и природы... Он с болью наблюдал тысячи примеров жестокости человека к человеку.
Скорее с отвращением, нежели с болью. С раннего детства он испытывал ненависть и отвращение ко всякой жестокости и насилию, но слово "боль" не может точно передать это чувство.
Возможно, до пятилетнего возраста он поверхностно знал бенгальский язык. Тем не менее, до двадцати одного года он говорил только на английском.
В доме отца говорили на английском и хиндустани. Я совсем не знал бенгальского.
Во многих ранних стихах Ауробиндо, написанных им в Англии и по-английски в возрасте между восемнадцатью и двадцатью годами и включенных в "Песни для Миртиллы", ощутим элемент вторичности. Не только имена, названия и аллюзии имеют чужое происхождение, но и налицо немало литературных подражаний самым разным источникам.
Чужое по отношению к чему? Он ничего не знал об Индии, ее культуре и т.д. Все, что выражали эти стихи, навеяно образованием, воображением, идеями и чувствами, порожденными чисто английской культурой и окружением, - иначе и быть не могло. Соответственно стихи на индийские сюжеты в той же книге отражают первые представления об Индии и индийской культуре, полученные по возвращении домой и в результате знакомства с этими предметами.
Как и "Эпитафия якобиту" Маколея, "Hic Jacet" Ауробиндо достигает своей строгой красоты благодаря абсолютному словесному лаконизму: и тема, и самый ритм, и язык поэмы, - все восходит к Маколею.
Если так, это, должно быть, бессознательно, поскольку с детства стихи Маколея ("Баллады") перестали ему нравиться. "Эпитафию якобиту" вряд ли пришлось перечитывать: она не произвела впечатления.
Сэр Генри Коттон был близок к Махариши Радж Нараяну Босу, деду Ауробиндо. Сын первого, Джеймс Коттон, находился в то время в Лондоне. Благодаря таким благоприятным обстоятельствам произошла встреча Ауробиндо с гаекваром Бароды.
Коттон был другом моего отца - он занимался моей отправкой в Бенгалию, но не имел никакого отношения к встрече с гаекваром. Джеймс Коттон хорошо знал моего старшего брата, так как был секретарем Либерального клуба Южного Кенсингтона, где мы жили, и брат был его помощником. Коттон-младший весьма интересовался нами, и это он организовал встречу.
Четырнадцать лет молодой Ауробиндо жил в Англии, вдали от культуры своего народа, испытывая неудовлетворенность собой. Он страстно желал начать все сначала и обрести национальную самобытность.
Неудовлетворенность объяснялась не этим, да и в то время не было сознательного желания обрести национальную самобытность, - это пришло позже, после возвращения в Индию, благодаря естественному увлечению индийской культурой и образом жизни, а также эмоциональному предпочтению всего, что связано с Индией.
Он уезжал, мечтал уехать, но все же к мысли об отъезде из Англии примешивался привкус сожале-ния. Он ощущал трепет неизъяснимых предчувствий, которые ему удалось преодолеть, лишь найдя прибежище в поэзии.
Никаких сожалений об отъезде не испытывал, - ни привязанности к прошлому, ни дурных предчувствий в отношении будущего. В Англии оставалось несколько друзей, но не слишком близких: атмосферы духовной близости не возникло. Посему не было нужды преодолевать что-либо.
Ауробиндо возвращался в Индию на службу к гаеквару Бароды: он бросил последний взгляд на свою приемную родину и произнес прощальные слова в "Отъезде".
Нет, это было утверждение перехода от одной культуры к другой; любовь к английской и европейской мысли и литературе, но не к Англии как к стране: он не имел прочных привязанностей и не считал Англию своей приемной родиной, как одно время было с Манмоханом. Если он и имел некое интеллектуальное и эмоциональное тяготение к какой-либо европейской стране, как ко второй родине, то, скорее к стране, никогда им не виданной и где он никогда не был, - не к Англии, но к Франции.

СМЕРТЬ ОТЦА АУРОБИНДО, НАСТУПИВШАЯ ИЗ-ЗА ЛОЖНОГО
ИЗВЕСТИЯ О ГИБЕЛИ СЫНА

Речь шла не о двух других братьях, готовящихся к отъезду (из Англии). Сообщили только о смерти Ауробиндо, и, горестно шепча его имя, отец скончался.
После кончины отца ответственность за семью легла на его плечи, и ему вскоре пришлось начать работать.
В то время вопрос о поддержке семьи не стоял. Он возник через некоторое время после приезда в Индию.

2.ЖИЗНЬ В БАРОДЕ: 1893-1906

СЛУЖБА В КНЯЖЕСТВЕ БАРОДА

Сначала его назначили в департамент землеустройства, затем на короткий период - в бюро гербовых сборов, потом - в центральный департамент государственных сборов и в секретариат. Позже, не поступая в штат колледжа и продолжая заниматься другой работой, он стал преподавателем французского в колледже, а затем, по собственной просьбе, был назначен профессором английского языка. Все это время махараджа постоянно приглашал его, когда возникала необходимость написать документ с точными формулировками: махараджа также заказывал ему некоторые свои речи и другие тексты литературного или образовательного характера. Впоследствии Шри Ауробиндо стал заместителем директора колледжа, и некоторое время исполнял функции директора. Большую часть личных поручений махараджи он выполнял неофициально: его обычно приглашали на завтрак с махараджей во дворец, где он и оставался, пока работа не была закончена.

*

Шри Ауробиндо никогда не занимал пост личного секретаря. С самого начала он был определен в департамент землеустройства не как служащий, а чтобы вникнуть в эту работу; затем в департаменты гербовых и государственных сборов; некоторое время он работал в секретариате, составляя депеши и др. В конце концов, он сделал выбор в пользу колледжа и перешел туда, сначала на временную работу в качестве преподавателя французского, а затем на постоянную, как профессор английского, и, наконец, был назначен заместителем директора. Между тем, когда была нужда, махараджа посылал за ним, чтобы написать письма, составить речи или другие документы, которые требовали особой литературной отделки. Вся эта работа была неофициальной: его не назначали личным секретарем. Однажды махараджа взял с собой Шри Ауробиндо в качестве секретаря в поездке по Кашмиру, но между ними возникли разногласия, и этот опыт не повторялся.

ПРИГЛАШЕНИЯ НА ТРАПЕЗУ К ГАЕКВАРУ

Эти приглашения совпадали с необходимостью выполнить какую-либо работу, и отказаться от них было невозможно.

УДОСТОВЕРЕНИЕ, ВЫДАННОЕ МАХАРАДЖЕЙ

"Усердный, серьезный и т.д." - эта оценка качеств Шри Ауробиндо принадлежит не махарадже. В выданном им удостоверении говорится о компетентности и уме, но также и о недостаточной пунктуальности и систематичности. Если вместо слов "усердный и серьезный", а также "достойная служба, награды", сказать, что он работал блестяще, быстро и эффективно, эту будет точнее. То, что написано, создает не совсем верную картину.

Власти препятствовали его патриотической деятельности.
Относится ли это к властям Бароды? Шри Ауробиндо не думает, что его устные или письменные высказывания когда-либо вызывали возражения с их стороны. Его статьи в "Инду Пракаш" были анонимны, хотя многие в Бомбее знали, что он является их автором. Иначе говоря, за исключением нескольких выступлений на приемах во дворце, таких, как прием в честь доктора С.К.Маллика, не имевший никакого отношения к политике, он выступал в основном в качестве председателя Союза колледжа в Бароде: никакого противодействия эти выступления ни у кого не вызывали, и он продолжала председательствовать на некоторых собраниях и дискуссиях, пока не покинул Бароду. Утверждение относится к Англии, где, будучи в Кембридже, он произносил революционные речи на собраниях Индийского меджлиса, что было впоследствии использовано против него британскими властями.
По прибытии в Индию Шри Ауробиндо не владел ни одним индийским языком - кроме весьма поверхностного знания бенгальского, который ему пришлось учить для экзамена на Индийскую гражданскую службу.
Бенгальский язык никогда не был предметом экзамена на Индийскую гражданскую службу. После того, как он уже сдал экзамены, Шри Ауробиндо как стажер, избравший Бенгалию в качестве провинции для стажировки, начал изучать бенгальский. Предложенный ему курс был очень слабым: учитель, отставной английский судья из Бенгалии, был не слишком компетентен, но выучить удалось больше, чем просто несколько слов. В основном же Шри Ауробиндо овладел бенгальским сам, позже в Бароде.

ИЗУЧЕНИЕ БЕНГАЛЬСКОГО В БАРОДЕ

Об изучении бенгальского следует сказать, что прежде, чем нанять учителя, Шри Ауробиндо уже знал этот язык настолько, чтобы оценить романы Банкима и поэзию Мадхусудана. В конце концов, он достаточно овладел языком и мог издавать еженедельник на бенгальском, в котором большинство статей принадлежало его перу, однако владение бенгальским уступало его знанию английского, и он не решался публично выступать на родном языке.

*

В Бароде Шри Ауробиндо постоянно брал уроки бенгальского у Динендры Кумара Роя.
Нет, эти уроки не были постоянными. Динендра жил вместе со Шри Ауробиндо и скорее помогал ему исправить и усовершенствовать язык и практиковаться в устной речи, нежели давал регулярные уроки. Шри Ауробиндо не был учеником Динендры Кумара: он уже овладел бенгальским сам и только прибегал к помощи Динендры в своих занятиях.
В Бароде Шри Ауробиндо нанял пандитов и начал совершенствоваться в бенгальском и санскрите.
Был нанят только учитель бенгальского, а не санскрита, - молодой бенгальский литератор.
Он также изучал в Бароде хинди.
Шри Ауробиндо никогда не изучал хинди, но его знакомство с санскритом и другими индийскими языками помогло ему говорить на хинди без специальных уроков, а также читать и понимать книги и газеты на хинди. Он учил санскрит не через бенгальский, а напрямую или с помощью английского.
В Бароде, занявшись сравнительным изучением литератур, истории и др., он стал осознавать значение Вед.
Это происходило несколько иначе: все стихи книги ("Песни для Миртиллы") написаны в Англии, кроме пяти последних, созданных по возвращении в Индию.
Вполне вероятно, что две наиболее крупные из ранних поэм Шри Ауробиндо - "Баджи Прабху" и "Видула" на самом деле написаны или, по меньшей мере, задуманы в последние годы пребывания в Бароде.
Нет, эти поэмы задуманы и написаны в Бенгалии во времена политической деятельности.
Даже будучи просто добросовестным учителем или изысканным поэтом, Шри Ауробиндо был охвачен идеей служения и самопожертвования... Путь личного спасения и забота о личном счастье были абсолютно неприемлемы для него.
"Абсолютно неприемлемы" - слишком сильно сказано. Вернее сказать, ему казалось, что высшей цели или достойного существования нельзя добиваться в собственных интересах: спасаться в одиночку, предоставив мир его судьбе, казалось ему почти отвратительным.
Находясь на службе в княжестве Барода, Шри Ауробиндо постоянно думал о возможности более масштабного служения Бенгалии, индийскому народу в целом.
Уже в Англии он решил посвятить жизнь служению своей стране и делу ее освобождения. Вскоре после возвращения в Индию он начал писать в газетах на политические темы (не подписываясь своим именем), стараясь пробудить интерес нации к идеям будущего. Но лидеры того времени не оценили этого: им удалось помешать дальнейшим публикациям, и он молча отступил. Но не отказался от своих идей и надежд на более эффективную деятельность.

СТАТЬИ В "ИНДУ ПРАКАШ"

История статей в "Инду Пракаш" такова. Они начали публиковаться по инициативе К.Г.Дешпанде, приятеля Шри Ауробиндо по Кембриджу, который был редактором этой газеты. Но первые две статьи произвели сенсацию и испугали Ранаде и других лидеров Конгресса. Ранаде предупредил владельца газеты, что, если публикации продолжатся, он точно попадет под суд за антиправительственную пропаганду. Соответственно, по настоянию владельца, пришлось отказаться от первоначального плана серии статей. Дешпанде попросил Шри Ауробиндо продолжить их, смягчив тон: тот вынужден был согласиться, но утратил интерес к дальнейшей работе. Поэтому статьи выходили с долгими перерывами, и, в конце концов, дело совершенно заглохло.
Серия статей, написанных им для "Инду Пракаш", была посвящена индийской цивилизации и называлась "Новые светильники вместо старых".
Это название относилось не к индийской цивилизации, а к политикам Конгресса. Здесь нет связи со сказкой об Алладине: это скорее намек на необходимость замены старых и тусклых реформистских "светильников" Конгресса на новые.
Он послал нескольких своих друзей из Бароды и Бомбея в Бенгалию для подготовки революционного движения.
Ни один его друг из Бароды и Бомбея не ездил в Бенгалию от его имени. Его первым эмиссаром был молодой бенгалец, который с помощью друзей Шри Ауробиндо в Бароде поступил рядовым в кавалерийский полк, несмотря на то, что британское правительство запретило принимать в индийскую армию бенгальцев. Этот человек, чрезвычайно энергичный и способный, сформировал в Калькутте первую группу, которая быстро выросла (впоследствии было организовано много отделений): он также вступил в контакт с П.Миттером и другими революционерами, уже работавшими в провинции. Позже к нему присоединился Барин, через некоторое время приехавший в Бароду.
В то время в Бомбее действовало тайное общество, которое возглавлял раджпутский князь Удайпура.
Этот раджпутский лидер был не князем, так сказать, правящим владыкой, а вельможей княжества Удайпур, носившим титул тхакура. Тхакур не был членом Совета в Бомбее - он стоял над ним как лидер всего движения, а Совет помогал ему в организационной работе в Махараштре и маратхских княжествах. Сам он в основном работал в индийской армии, где ему удалось привлечь на свою сторону два или три полка. Шри Ауробиндо специально предпринял поездку в Центральную Индию, где встречался с младшими офицерами и рядовыми одного из этих полков.
Находясь в Бароде, Шри Ауробиндо вошел в контакт с наиболее значительными людьми и группами. Он поехал в Бенгалию, чтобы "увидеть, какова надежда на возрождение, каково политическое состояние народа и существует ли возможность для настоящего движения".
Надо добавить, что работа, им начатая, все еще была конспиративной: именно в связи с этой работой он и поехал в Бенгалию "посмотреть, какова надежда на возрождение и т.д.".
С 1900 г. Шри Ауробиндо желал вступить в политическую борьбу и внести свой вклад в серьезную работу по освобождению и возрождению Индии. Он проводил личные переговоры, вел переписку, оказывал давление на передовых лидеров; но, тем не менее, ему удавалось сделать немного.
Это не совсем правильно. Он уже работал совместно с наиболее передовыми лидерами над созданием организаций для политических действий, которые проявят себя, когда время для этих действий придет(1). Но ему мало что удалось сделать в качестве публичного политика.
Даже его родная отважная Бенгалия не так легко поддавалась проповеди отважного на-ционализма.
В то время Бенгалия была какой угодно, только не отважной. Именно мантра "Банде Матарам" и быстрый переход к революционной деятельности изменили жителей провинции.
Он понял, что в Бенгалии "превалировали настроения апатии и отчаяния". Не оставалось ничего другого, как ждать своего времени.
Надо добавить: "и продолжать политическую работу нелегально и молча. Время для открытой деятельности еще не пришло". Начав работу, он продолжал ее до тех пор, пока не сложились обстоятельства для превращения ее в общественное движение.
Будучи на службе в Бароде, он время от времени навещал своего деда в Бенгалии. Эти визиты имели политическую подоплеку.
Это неверно. Во время этих визитов он не думал о политике. Лишь через несколько лет он совершил поездку вместе с Девабратой Бозе, помощником Барина по "Югантар", отчасти чтобы посетить уже сложившиеся революционные центры, отчасти чтобы встретиться с известными людьми в районах и выяснить общий настрой населения и возможности для развития революционного движения. Во время этой поездки он убедился, что нелегальная деятельность или подготовка к ней сами по себе не эффективны, если не существует широкого общественного движения, способного создать общий патриотический настрой и популяризировать идею независимости как цель и идеал индийской политики. Именно это убеждение определило его дальнейшие действия.
ПРЕБЫВАНИЕ В ДЕОГХАРЕ В ДЕКАБРЕ 1906-АПРЕЛЕ 1907 гг.

Шри Ауробиндо всегда останавливался в Деогхаре в семье своего деда, Радж Нараяна Бозе. Его beaux-parents* не жили в Деогхаре.
Среди ведущих лидеров того времени П.Миттер был в полной мере человеком действия.
П.Миттер был человеком духовной жизни, отличался духовными стремлениями и религиозным чувством: как и Бепин Пал и другие выдающиеся лидеры нового национального движения в Бенгалии, он был учеником знаменитого Йога Беджоя Госвами, но на его политической деятельности эти личные качества не отражались.
На Шри Ауробиндо оказал влияние патриотический пыл высказываний Свами Вивекананды2 .
Шри Ауробиндо не был знаком с этой речью и политической деятельностью Вивекананды. До него только доходили слухи о сильных патриотических чувствах Вивекананды, которые вдохновили сестру Ниведиту.
Аллан Юм основал Индийский Национальный Конгресс в качестве посредника ради обличения британской и индийской элит, чтобы способствовать дискуссиям, реформам и др.
Определение Конгресса как посредника вряд ли бы устроило в то время сам Конгресс. Британское правительство также с ним бы не согласилось. Оно с антипатией относилось к этой партии и игнорировало ее, сколько было возможно. Шри Ауробиндо также не поддерживал каких-либо обращений к британскому правительству от имени нации. Он видел в политике Конгресса лишь череду бесполезных петиций и протестов и считал единственной эффективной политикой самопомощь, отказ от сотрудничества и сплочение всех национальных сил для революционной борьбы.
Шри Ауробиндо не верил в насильственную революцию и не одобрял ее.
Это неправильно. Если бы Шри Ауробиндо не верил в действенность насильственной революции или не одобрял ее, он не примкнул бы к тайному обществу, целью которого была подготовка национального восстания. Из занятий историей он извлек другой урок. Более того, он с интересом изучал историю всех революций и восстаний, которые вели к национальному освобождению, историю борьбы против англичан в средневековой Франции и восстаний, освободивших Америку и Италию. Его вдохновляли эти народные движения и их предводители, особенно, Жанна Д'Арк и Мадзини. В своей легальной деятельности он придерживался политики отказа от сотрудничества и пассивного сопротивления в качестве средств борьбы за независимость, но не ограничивался ими и, пока находился в Бенгалии, занимался нелегальной революционной деятельностью, подготавливая открытое восстание на случай, если пассивное сопротивление в достижении этой цели окажется недейственным.

СВАДЕШИ, ПАРНЕЛЛИЗМ И ДВИЖЕНИЕ ШИН ФЕЙН

Политика Шри Ауробиндо в Индии не была основана на парнеллизме. Она более напоминала движение Шин Фейн, хотя и возникла ранее последнего и потому вне его влияния.
В результате своего пребывания в Англии Шри Ауробиндо выделялся интеллектуальным превосходством, но это казалось ему недостаточным, и он не чувствовал себя счастливым, его трудности оставались с ним: он не знал, что, в действительности, следует делать, чтобы стать полезным своим соотечественникам, и как приступить к этому. Он обратился к йоге, чтобы прояснить для себя собственные изменчивые идеи и импульсы и, если получится, усовершенствовать свои скрытые возможности.
Он не чувствовал себя несчастным. "Трудности" также слишком сильно сказано. Принцип действий Шри Ауробиндо состоял не в предварительном расчете и планировании, а в том, чтобы держаться намеченной цели, следить за событиями, копить силы и действовать в нужный момент. Еще в юные годы он приступил к организационной политической работе (объединение в группы людей, принявших идею независимости и готовых к соответствующим действиям), но примерно с 1902 г. эта работа стала регулярной. Спустя два года он начал практиковаться в йоге - не для прояснения собственный идей, а чтобы обрести духовную силу, которая могла бы поддержать его и осветить ему путь.
На берегах Нармады он встретился с Брахманандой и просил у него совета о деятельности в области народного образования.
Шри Ауробиндо увидел Брахмананду задолго до того, как встал вопрос о деятельности в области народного образования. Брахмананда никогда не давал ему никаких советов и не беседовал с ним: Шри Ауробиндо посещал его монастырь, только чтобы совершить даршан и получить благословение. Барин был близко связан с Ганганатхом, и его гуру входил в круг саньяси, окружавших Брахмананду, но связь с Ганганатхом была чисто духовной.
Погрузившись в молчаливую йогу в Пондишерри, Шри Ауробиндо вскоре перерос уроки, данные ему Леле и его предшественниками.
Это произошло задолго до пребывания в Пондишерри. Никаких предшественников не существовало. Шри Ауробиндо был связан с одним из членов руководства сектой саньяси Нага, который передал ему мантру Кали (или скорее стотру), и ознакомил его с некоторыми крия ведической яджны, но все это имело целью политический успех его миссии, а не йогу.
Будучи в Бароде, Шри Ауробиндо встречался с Шри Хамса Сварупом Свами, Шри Садгуру Брахманандой и Шри Мадхавдасом... Он даже обменялся духовными импульсами со своими первыми гуру.
Он имел краткие контакты с Брахманандой как с великим йогином, а не как с гуру, - имел даршан и получил благословение. С другими же не было никаких контактов.
Аравинда Бабу часто и с большим интересом посещал лекции Свами Парамахамсы Махараджа Индрасварупа, лично встречался с ним и учился у него асанам и пранаяме.
Однажды слышал его лекцию во дворце (гаеквара), никогда его не посещал и начал практиковать пранаяму позже.
Он встретил святого Мадхавдаса в Мальсаре, на берегу Нармады, и научился у него асанам йоги.
Посещал одно или два места на берегах Нармады, вероятно, с Дешпанде, но никаких воспоминаний о Мальсаре или Мадхавдасе у него не сохранилось, тем более никакого впечатления эта встреча, если она вообще была, не произвела.
Таким образом, можно сказать, что Аравинда Бабу стал интересоваться йогой начиная с 1898-1899 гг.
Нет, он не практиковал йогу до 1904 г. Шри Ауробиндо приступил к занятиям йогой, начав с пранаямы, как ее объяснил ему друг, ученик Брахмананды. Затем, столкнувшись с трудностями, он обратился к помощи Леле, которого для этой цели пригласил из Гвалиора Бариндра, - это было после сессии Конгресса в Сурате в 1908 г.
Руководство, которое он получил от своих ранних гуру, и частичная реализация своей цели, которой ему удалось достичь, лишь усилила его веру в йогу как в единственное лекарство от собственной "глубокой скорби" и всевозможных человеческих страданий.
(Шри Ауробиндо поставил вопросительный знак против слова "гуру").
Он не прибегал к йоге как к лекарству от скорби: да и не было скорби, нуждающейся в излечении. Сталкиваясь с миром и его проблемами, он всегда сохранял разумное спокойствие, и после некоторой внутренней подавленности в юные годы (не по причине внешних обстоятельств, и не впадая в скорбь или меланхолию, поскольку речь шла только о переутомлении) совершенно преодолел эти трудности.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Шри Ауробиндо "О себе" 1 и 2 часть
СообщениеДобавлено: 26 дек 2011, 18:31 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 10 дек 2007, 16:20
Сообщения: 4305
Откуда: Кострома
3. ЛИДЕР ИНДИЙСКОГО НАЦИОНАЛИЗМА: 1906-1910

Общие замечания о политической жизни Шри Ауробиндо

Политические идеи и деятельность Шри Ауробиндо можно рассматривать в трех аспектах. Первый аспект - то, с чего он начал, тайная революционн6ая пропаганда и организация, главной целью которой была подготовка вооруженного восстания. Второй аспект - открытая пропаганда, имевшая целью обратить всю нацию к идеалу независимости, к которому в годы, когда он вступил в политику, подавляющее большинство индийцев относилось как в неосуществимому и невозможному, почти как к безумной химере. Считалось, что британская империя слишком сильна, а Индия слишком слаба, безоружна и бессильна, чтобы даже мечтать об успехе подобной попытки. Третий аспект - организация, формировавшая открытую и сплоченную оппозицию, которая подрывала иностранное правление и способствовала росту несотрудничества и пассивного сопротивления.
В то время военная организация крупных империй и их средства военного воздействия не были столь подавляющими и абсолютно непреодолимыми, как теперь: решающим оружием по-прежнему оставалась винтовка, авиация еще не получила развития, а мощь артиллерии не была столь разрушительной, как в наше время. Индия была безоружна, но Шри Ауробиндо полагал, что при соответствующей организации и внешней помощи в такой огромной стране, как Индия, с учетом незначительных размеров регулярных британских войск, даже партизанская война, сопровождающаяся общим сопротивлением и бунтом, может оказаться эффективной. Не исключалась и возможность всеобщего восстания в индийской армии. В то же время он изучал темперамент и качества британцев и их политические наклонности, в результате чего убедился в том, что хотя они и будут сопротивляться всякой попытке к освобождению со стороны индийцев и в лучшем случае постепенно допустят лишь те реформы, которые не ослабят их имперского контроля, все же это люди не того сорта, что жестко стоят на своем до конца: если сопротивление и бунт станут всеобщими и постоянными, британцы постараются прийти к какому-то соглашению, чтобы спасти что можно от своей империи, или, в крайнем случае, предпочтут сами даровать Индии независимость, нежели допустить, чтобы она была силой вырвана из их рук.
В некоторых кругах бытует мнение, что политические взгляды Шри Ауробиндо были всецело пацифистскими, что он в теории и на практике противостоял всякому насилию и заклеймил терроризм, вооруженное восстание и др., как полностью противоречащие духу и букве индуизма. Предполагали даже, что он был провозвестником проповеди ахимсы. Это абсолютно неверно. Шри Ауробиндо не являлся ни бессильным моралистом, ни слабовольным пацифистом.
Правило ограничивать политические действия пассивным сопротивлением на том этапе было воспринято в качестве лучшей политики для национального движения, а вовсе не как часть проповеди ненасилия или пацифистского идеализма. Мир - элемент высшего идеала, но он должен быть духовным или, по меньшей мере, психологическим в своей основе: без перемен в человеческой натуре миру не достичь завершенности. Если предпринять мирные действия на какой-то иной основе (моральный принцип, проповедь ахимсы или другие), они потерпят поражение и могут даже ухудшить ситуацию Шри Ауробиндо поддерживает попытки покончить с войной с помощью международного соглашения и международных сил, что в настоящее время предусматривает "Новый порядок", если он окажется возможным: однако это не будет ахимса, это будет победа силы закона над силой анархии, но даже и тогда нельзя быть уверенным, что это окончательная победа. Такой мир был достигнут во внутренних делах народов, что, однако, оказалось не в силах предотвратить гражданские войны, и революции, и политические взрывы, и репрессии, подчас кровопролитные. То же самое возможно и в делах международных. Шри Ауробиндо никогда не скрывал убеждения, что народ имеет право обрести свободу силой, если он способен на это или если не существует иного пути: выбор пути зависит от политических, а не этических соображений. Позиция Шри Ауробиндо по этому вопросу, как и его практические действия ни в коей мере не противопоставляли его Тилаку и другим лидерам-националистам, которые отнюдь не были пацифистами или поклонниками ахимсы.
Первые несколько лет в Индии Шри Ауробиндо воздерживался от какой-либо политической деятельности (кроме статей в "Инду Пракаш") и изучал условия в стране, чтобы более зрело судить о том, что можно предпринять. Затем он сделал первый шаг, послав в Бенгалию в качестве своего заместителя Джатина Банерджи, молодого бенгальца, солдата армии Бароды, с программой действий, которая, по его мнению, могла быть реализована в течение лет тридцати. В действительности потребовалось пятьдесят лет, чтобы освободительное движение стало реальностью и добилось первых успехов. Замысел состоял в том, чтобы организовать тайно - а по возможности и открытыми действиями - революционную пропаганду и вербовку сторонников по всей Бенгалии. Это относилось к молодежи страны, в то время как сочувствия, поддержки, финансовой и другой помощи следовало добиться от старшего поколения, тех, кто придерживался прогрессивных взглядов или мог быть склонен к ним. В каждом городе и, по возможности, в каждой деревне следовало создавать центры. Молодежные общества надо было организовывать под самыми разными предлогами: культурными, интеллектуальными или нравственными, - а те из них, что уже существовали, следовало пере-ориентировать на революционную работу. Молодежь предстояло обучать навыкам, которые могли пригодиться в будущих военных действия, - верховой езде, физической подготовке, разным видам спорта, строевой подготовке и коллективным мероприятиям. Как только эта идея пала на подготовленную почву, она быстро дала всходы: уже имевшиеся малые группки и ассоциации молодежи, у которых еще не было ясной революционной идеи или устоявшейся программы, стали двигаться в нужном направлении, а немногие группы, уже имевшие революционные цели, вошли в контакт между собой и вскоре приступили к совместным действиям: немногие быстро превратились в многих. Между тем Шри Ауробиндо встретился с членом тайного общества в Западной Индии, присягнул этому обществу и был представлен его совету в Бомбее. Дальнейшие его действия не направлялись этим советом: на свою ответственность он решил добиться широкой поддержки целям общества в Бенгалии, где в то время у общества не было ни членов, ни сторонников. Он рассказал об обществе и его целях П.Миттеру и другим лидерам революционных групп в Бенгалии, и они также дали клятву обществу и согласились осуществлять его задачи по направлениям, предложенным Шри Ауробиндо. Особым прикрытием, использованным группой Миттера, стала ассоциация театральных постановок "латхи", популярности которых среди молодежи Бенгалии уже до некоторой степени способствовал Сарала Гхошал: другие группы использовали иные подходящие прикрытия. Попытка Шри Ауробиндо всецело организовать это движение не привела к успеху, но само движение от этого не пострадало, поскольку общая идея была подхвачена и действия многих разрозненных групп вели к более значительному и широкому распространению революционной энергии и активности. Впоследствии произошли раздел Бенгалии и общий взрыв протеста, что способствовало росту экстремистских партий и национального движения. Действия Шри Ауробиндо все более и более принимали это направление, и подпольная деятельность стала для него второстепенной и подчиненной сферой. Тем не менее, он воспользовался движением свадеши, чтобы популяризировать идею насильственного переворота в будущем. По предложению Барина, он согласился выпускать газету "Югантар", которая должна была проповедовать открытое восстание и абсолютное отрицание британского правления и в серии статей на эти темы содержала инструкции ведения партизанской вой-ны. Сам Шри Ауробиндо написал несколько редакционных статей в первых номерах газеты и всегда осуществлял общий контроль за ее изданием: когда член редколлегии, брат Свами Вивекананды, по собственному побуждению сдался полиции, искавшей редактора газеты, и был осужден, "Югантар" под руководством Шри Ауробиндо отказалась защищаться в британском суде, поскольку не признавала иностранного правительства, и это весьма усилило престиж и влияние газеты. Трое наиболее способных молодых писателей Бенгалии были главными авторами и руководителями газеты, и она сразу приобрела значительное влияние по всей Бенгалии. Надо заметить, что программа тайного общества не включала в себя терроризм, но он возрастал в Бенгалии как результат сильных репрессий и реакции на эти репрессии провинции.
Общественная деятельность Шри Ауробиндо началась со статей в "Инду Пракаш". Эти девять статей, написанных по инициативе К.Г.Дешпанде, редактора газеты и друга Шри Ауробиндо по Кембриджу, имели заголовок "Новые светильники вместо старых" и страстно разоблачали политику Конгресса - политику мольбы, петиций и протестов, призывая к новому динамичному руководству, основанному на вере в собственные силы и бесстрашии. Но эта откровенная и неопровержимая критика натолкнулась на противодействие одного из умеренных лидеров Конгресса, который запугал редактора, и таким образом полное раскрытие идей Шри Ауробиндо в газете не состоялось: ему пришлось уклониться в сторону общих проблем, таких как необходимость расширения деятельности Конгресса за пределами буржуазии или среднего класса и привлечения к ней широких масс. В итоге Шри Ауробиндо прекратил все открытые действия такого рода и работал в подполье до 1905 г., однако он установил контакты с Тилаком, которого считал единственно возможным лидером революционной партии, и встретился с ним на сессии Конгресса в Ахмедабаде: там Тилак вывел его из пандала и целый час разговаривал с ним в саду, выражая презрение к реформистскому движению и объясняя свой соб-ственный образ действий в Махараштре.
В сферу своей революционной деятельности Шри Ауробиндо включил то, что впоследствии стало важным пунктом общественной программы националистической партии. Он вдохновлял молодежь в центрах пропагандировать идею свадеши, которая в то время пребывала в младенчестве и была не более чем увлечением узкого круга лиц. Одним из наиболее способных людей в этих революционных группах был маратх Сакхарам Ганеш Деускар, талантливый автор на бенгальском языке (его семья с давних пор проживала в Бенгалии), в том числе популярного жизнеописания Шиваджи, в котором он впервые ввел термин "сварадж", позже усвоенный националистами как синоним независимости, - сварадж стал одним из четырех пунктов националистической программы. Он опубликовал книгу под названием "Дешер катха", подробно проанализировав коммерческую и индустриальную эксплуатацию индии британцами. Эта книга вызвала сильный резонанс в Бенгалии, овладела умами молодых бенгальцев и более, нежели какая-либо иная книга, содействовала подготовке движения свадеши. Сам Шри Ауробиндо всегда считал избавление от экономического ига и развитие индийской торговли и промышленности необходимым дополнением революционной деятельности.
Находясь на службе в Бароде, Шри Ауробиндо не мог открыто участвовал в политике. Вообще он предпочитал действовать и даже руководить анонимно, находясь в тени: лишь действия правительства, преследовавшего его как редактора "Банде Матарам", сделали его известным широкой публике. С того момента он открыто становится ведущим лидером националистической партии, каким и был уже на протяжении некоторого времени, главным действующим лидером в Бенгалии и организатором политики и стратегии этой партии. Он обдумал направления развития страны, которые казались ему желательными: то, что он планировал, было во многом осуществлено впоследствии в Ирландии движением Шин Фейн. Однако Шри Ауробиндо не заимствовал свои идеи, как представляли некоторые, у ирландцев, поскольку ирландское движение стало известно позже и он ничего не знал о нем до тех пор, пока не удалился в Пондишерри. Более того, существенное различие между Индией и Ирландией делало его работу значительно более трудной: весь ход истории приучил ирландцев сопротивляться британскому правлению, и эта история может быть названа постоянной борьбой за независимость, прерывавшейся, но в принципе никогда не прекращавшейся. Ничего подобного в Индии не происходило. Шри Ауробиндо пришлось внедрить и распространить идею независимости в умах индийцев и в то же время подтолкнуть сначала партию, а затем и всю нацию к интенсивной и организованной политической деятельности ради достижения этого идеала. Его план состоял в том, чтобы овладеть Конгрессом и сделать его инструментом революционной деятельности, а не центром робкой конституционной агитации, способным только болтать и вручать резолюции и рекомендации иностранному правительству. Если же овладеть Конгрессом не удастся, следовало создать цен-тральную революционную организацию, которая взяла бы на себя эту работу. Ей надлежало стать как бы государством в государстве, дающим указания народу и создающим организационные центры и институты, выполняющие роль инструментов действия: необходимо было обеспечить рост несотрудничества и пассивного сопротивления, которые сделают правление в стране иностранного правительства затруднительным или, в конечном итоге, невозможным, всеобщее волнение, которое преодолеет репрессии, и в итоге, если необходимо, открытое восстание по всей стране. Этот план включал в себя бойкот британской промышленности, замену правительственных учебных заведений национальными школами, создание арбитражных судов, куда люди могут обращаться, а не зависеть от воли обычных судов: формирование добровольческих частей, которые могут стать ядром армии во время восстания, и другие пункты, способные обеспечить выполнение программы. Открытое участие Шри Ауробиндо в индийской политике было кратким, поскольку в 1910 г. он отошел от этой деятельности и удалился в Пондишерри: в его отсутствие многое из этой программы потеряло силу, но все же оставшегося было достаточно, чтобы изменить лицо индийской политики и дух индийского народа, сделать достижение независимости их целью, а методом - несотрудничество и сопротивление. И даже несовершенное осуществление этой политики, порой поднимавшейся до вершин мятежа, оказалось достаточным для достижения победы. Ход последующих событий в основном следовал плану, намеченному Шри Ауробиндо. В конце концов, в Конгрессе победили националисты, которые объявили независимость своей основной целью: Конгресс возглавил почти всю нацию за исключением большинства мусульман и меньшинства угнетенных классов и, в конечном счете, сформировал первое национальное, хотя еще и не свободное, индийское правительство, а также добился от Британии признания независимости Индии.
Вначале Шри Ауробиндо участвовал в политике Конгресса закулисно, так как еще не решился оставить службу в Бароде: но во время своих долгих неоплаченных отпусков он не только лично выполнял тайную революционную работу, но и присутствовал на конференции в Барисале, которая была разогнана полицией, и ездил по Восточной Бенгалии вместе с Бепином Палом, и близко сошелся с передовой группой Конгресса. Как раз в этот период он с Бепином Палом редактировал "Банде Матарам", основал новую политическую партию в Бенгалии и присутствовал на сессии Конгресса в Калькутте, где экстремистам, хотя и в меньшинстве, удалось под предводительством Тилака навязать часть своей политической программы Конгрессу. Учреждение Бенгальского национального колледжа предоставило ему желанную возможность уйти со службы в Бароде и занять пост директора колледжа. Субодх Маллик, один из сотрудников Шри Ауробиндо по секретной работе и, позднее, по политической работе в Конгрессе, в доме которого он обычно останавливался, будучи в Калькутте, пожертвовал лакх рупий в фонд колледжа при условии, что Шри Ауробиндо будет предоставлен пост профессора колледжа с зарплатой 150 рупий: итак, теперь он был свободен и мог посвятить все свое время служению стране. Бепин Пал, который давно разъяснял политику самопомощи и несотрудни-чества в своем еженедельнике, теперь стал выпускать ежедневную газету "Банде Матарам", но это казалось кратковременной затеей, поскольку он начал всего с пятью сотнями рупий в кармане и без всякой уверенности в финансовой помощи на будущее. Он пригласил Шри Ауробиндо присоединиться к его предприятию, на что сразу получил согласие, поскольку Шри Ауробиндо увидел здесь возможность начать открытую пропаганду в своих революционных целях. Он устроил встречу передовой группы молодежи Конгресса, на которой было решено открыто заявить о себе как о новой политической партии, объединиться с соответствующей группой в Махараштре под руководством Тилака и вступить в бой с умеренной партией, который и разгорелся на калькуттской сессии. Шри Ауробиндо также убедил их сделать своим партийным органом газету "Банде Матарам", была учреждена компания Банде Матарам, которая начала финансировать газету и которой Шри Ауробиндо руководил в отсутствие Бепина Пала, посланного в поездку по провинции для пропаганды целей и программы новой партии. Новая партия сразу стала пользоваться успехом, и газета "Банде Матарам" распространялась по всей Индии. В ее штате были не только Бепин Пал и Шри Ауробиндо, но и некоторые очень способные писатели: Шьям Сундар Чакраварти, Хемендра Прасад Гхош и Беджой Чаттерджи. Шьям Сундар и Беджой были знатоками английского, каждый в своем собственном стиле: стиль Шьяма Сундара чем-то напоминал манеру Шри Ауробиндо, и впоследствии многие принимали его статьи за писания Шри Ауробиндо. Однако с течением времени между Бепином Палом и другими авторами и директорами компании возникли разногласия по причине несходства темпераментов и различий в политических взглядах, особенно по вопросу тайной революционной деятельности, которая вызывала возражения у Бепина Пала и симпатии у других. Вскоре это привело к уходу Бепина Пала из газеты. Шри Ауробиндо протестовал против его ухода, поскольку многие качества Пала являлись большой ценностью для "Банде Матарам", ибо Пал, хотя и не человек действия и не поли-тический лидер, был, пожалуй, самым ярким и оригинальным политическим умом страны, великолепным писателем и блестящим оратором. Однако уход Пала состоялся за спиной Шри Ауробиндо, когда он поправлялся после опасного приступа лихорадки. Без его согласия в "Банде Матарам" появилось его имя в качестве редактора газеты, но только на один день, поскольку он не-медленно положил этому конец, так как формально еще находился на службе в Бароде и не мог позволить, чтобы его имя открыто фигурировало в печати. Тем не менее, с того самого времени он контролировал политику "Банде Матарам", как и деятельность партии в Бенгалии. Бепин Пал обозначил целью новой партии полное самоуправление, свободное от британского контроля: однако это могло означать, хотя бы частично, требования умеренных о колониальном самоуправлении, и Дадабхаи Наороджи, будучи президентом калькуттской сессии Конгресса, постарался воспользоваться термином "сварадж", которым экстремисты обозначали независимость, для выра-жения идеи колониального самоуправления. Первым делом Шри Ауробиндо открыто потребовал полной и абсолютной независимости в качестве цели индийской политики и постоянно настаивал на этом на страницах журнала: он был первым индийским политиком, сделавшим это публично и получившим мгновенное признание. Партия стала использовать слово "сварадж" для выражения собственного идеала независимости, и вскоре этот термин распространился повсюду: однако лозунгом Конгресса сварадж стал значительно позже, на сессии в Карачи, где эта партия была реорганизована и обновлена под руководством националистов. Газета провозгласила и разработала новую политическую программу для страны, программу националистической партии: несотрудничество, пассивное сопротивление, свадеши, бойкот, национальное образование, разрешение судебных споров в арбитражах и другие пункты плана Шри Ауробиндо. Шри Ауробиндо опубликовал в газете целую серию статей о пассивном сопротивлении и другую, развивающую политическую философию революции, а также написал много передовиц с целью разрушить предрассудки и тайные упования умеренной партии, такие как, вера в британскую справедливость и блага, даруемые Индии иностранным правительством, вера в британское судопроизводство и качество образования, предлагаемого в школах и университетах индии. Он сильнее и настойчивее, чем кто-либо иной, напо-минал о выхолащивании, застое или медленном развитии, бедности, экономической зависимости, отсутствии активного промышленного производства и на другие пагубные последствия иностранного правления. Даже если бы иностранное правление было благотворным и благожелательным, подчеркивал он, все равно оно не могло бы заменить здоровой и свободной жизни нации. Поддержанные подобной пропагандой, идеи националистов привились повсюду, особенно в Пенджабе, где ранее большинство составляли умеренные. В истории журналистики "Банде Матарам" заняла почти уникальное место благодаря тому влиянию, которое она оказала на умы индийцев, подготовив их к революции. Однако финансовая сторона оставалась слабым местом газеты, поскольку экстремисты все еще были партией бедных. Покуда Шри Ауробиндо контролировал ситуацию, ему с большим трудом удавалось добывать средства, необходимые для издания газеты, хотя и не достаточные для ее расширения. Когда же он был арестован и пробыл в тюрьме целый год, эко-номическое положение "Банде Матарам" стало отчаянным: в конце концов, было решено, что ей лучше умереть славной смертью, нежели медленно угасать от голода, и Беджою Чаттерджи поручили написать статью, за которую правительство наверняка запретило бы издание газеты. Шри Ауробиндо всегда следил за тем, чтобы редакционные статьи в "Банде Матарам" не давали оснований к судебному преследованию за призыв к мятежу или к иным решительным мерам, гибельным для существования газеты. Редактор "Стейтсмен" жаловался, что между строк газеты явно читалась крамола, но столь умело закамуфлированная, что нельзя было предпринять никаких официальных действий. Спланированный маневр оказался успешным, и в отсутствие Шри Ауробиндо "Банде Матарам" закрылась
Программа националистов лишь частично начала осуществляться, когда это осуществление было прервано на время жестокими правительственными репрессиями. Ее наиболее важными практическими пунктами были свадеши и бойкот: многое было сделано для распространения идеи свадеши, но основных результатов удалось достичь только впоследствии, с течением времени. Шри Ауробиндо заботился о том, чтобы этот пункт движения не только идейно пропагандировался, но и подкреплялся практической организацией и становился эффективной силой. Он писал из Бароды, спрашивая, возможно ли привлечь к делу промышленников и производителей, получить финансовую поддержку от крупных землевладельцев и создать организацию, в которой люди с производственным и коммерческим опытом и способностями, а не только политики, смогут руководить операциями и предлагать методы политических действий. Однако ему ответили, что это невозможно: промышленники и землевладельца боялись примкнуть к движению, а крупные коммерсанты были заинтересованы в импорте британских товаров и их устраивало существующее положение вещей, - поэтому ему пришлось отказаться от идеи организации свадеши и бойкота. И Тилак, и Шри Ауробиндо были сторонниками эффективного бойкота британских товаров - но только британских, и поскольку в стране нечем было заменить иностранные товары, они рекомендовали вместо британских использовать товары из Германии, Австрии и Америки, чтобы пострадала одна Англия. Они хотели превратить бойкот в политическое оружие, а не просто средство свадеши. Тотальный бойкот всех иностранных товаров был практически невыполним и крайне ограниченное применение такого бойкота, рекомендованное в резолюциях Конгресса, не могло стать политически действенным. Шри Ауробиндо поддерживал идею национальной самодостаточности в ключевых отраслях промышленности, производство товаров первой необходимости и всех тех продуктов, для производства которых Индия имела природные ресурсы. Но полная хозяйственная самодостаточность, или автаркия, была недостижима и даже нежелательна, поскольку свободной Индии потребовалось бы экспортировать товары и поставлять их на внутренний рынок, а для этого она должна была бы также импортировать их и участвовать в международном обмене. Но внезапный энтузиазм по поводу бойкота всех иностранных товаров получил широкое распространение, и лидерам пришлось подчиниться этому всеобщему призыву и довольствоваться тем импульсом, который был придан идее свадеши. Национальное об-разование явилось другим пунктом, которому Шри Ауробиндо уделял большое внимание. У него вызывала отвращение британская система образования, даваемого в школах, колледжах и университетах, система, с которой он был хорошо знаком, будучи профессором колледжа Бароды. У него сложилось ощущение, что она имеет тенденцию притуплять, обеднять и связывать от природы быстрый, блестящий и гибкий ум индийца, прививать ему дурные интеллектуальные привычки и узкой информацией и механическим преподаванием портить его оригинальность и творческую способность. Начало образовательного движения было хорошим, в Бенгалии открылось много национальных школ, появилось много способных учителей, но все же этого было недостаточно, и экономическое положе-ние школ оставалось непрочным. Шри Ауробиндо решил сам возглавить это движение и посмотреть, можно ли придать ему более широкое распространение и сильную базу, но его отъезд из Бенгалии прервал эти планы. Во время репрессий и вызванной ими общей депрессии большинство школ прекратило свое существование. Но идея осталась, и можно надеяться, что когда-нибудь она будет адекватно воплощена в жизнь. Идея народных судов также разрабатывалась в некоторых районах провинции и не без успеха, но и она погибла во время бури. Идея групп добровольцев оказалась весьма жизнеспособной: она развивалась, формировалась, количество групп увеличивалось, и их члены стали передовым отрядом движения активных действий, вспыхивавших время от времени в период освободительной борьбы. Чисто политические элементы националистической программы имели долгосрочный характер и после каждой новой волны репрессий и депрессии восстанавливали жизнеспособность освободительного движения и сохраняли его узнаваемые черты на протяжении почти пятидесяти лет борьбы. Но самым крупным достижением тех лет было создание нового духа в стране. С энтузиазмом, распространившимся повсюду, с пением "Банде Матарам", звучащим со всех сторон, люди находились в приподнятом настроении, ощущая, что они живут, рискуют, надеются и действуют вместе: былая апатия и робость были сломлены, и возникла сила, которую нельзя было уничтожить и которая все нарастала, волна за волной, пока не привела Индию к рубежам полной побе-ды.
После истории с "Банде Матарам" Шри Ауробиндо стал признанным лидером национализма в Бенгалии. Он возглавлял партию на сессии Конференции провинции Бенгалия в Миднапуре, где произошло сильное столкновение между двумя партиями. Тогда, в Сурате, он начал впервые выступать публично, обращаясь к многолюдным митингам и председательствуя на конференции националистической партии. На обратном пути в Калькутту он останавливался в разных местах и выступал на больших митингах, созванных, чтобы послушать его. Он снова руководил партией на сессии Конференции провинции в Хугли. Здесь впервые стало ясно, что национализм набирает силу, поскольку ему отдало предпочтение большинство делегатов, и в Комитете субъектов Шри Ауробиндо удалось одержать верх над резолюцией умеренных, приветствующей реформы, и провести свою собственную резолюцию, где он заклеймил их за несостоятельность и отсутствие связи с реальностью. Однако лидеры умеренных пригрозили отколоться, если эта резолюция пройдет, и чтобы избежать раскола, он согласился на принятие резолюции умеренных, но на открытой сессии выступил с объяснением своего решения и попросил националистов смириться, несмотря на одержанную ими победу, чтобы как-то сохранить единство политических сил в Бенгалии. Делегаты националистов, поначалу ликующие и шумные, приняли это решение и молча покинули зал по знаку Шри Ауробиндо, чтобы не голосовать ни за, ни против резолюции умеренных. Это вызвало изумление и замешательство в умах умеренных лидеров, которые жаловались, что люди отказываются слушать своих старых испытанных вожаков и восстают против них, однако по приказу молодого человека, новичка в политике, они дисциплинированно умолкают, как один человек.
Примерно в то же время Шри Ауробиндо решил возглавить бенгальскую газету "Нава Шакти" и переехал из дома на Скоттс-лейн, где он проживал с женой и сестрой, в помещение офиса этой газеты, и там, прежде чем он приступил к этому новому предприятию, однажды ранним утром, пока он спал, полицейские ворвались на лестницу с оружием в руках и арестовали его. Его отвезли в полицейский участок, а оттуда в алипорскую тюрьму, где он пробыл год, пока шло расследование в магистрате и процесс в суде Алипора. Сначала его некоторое время держали в одиночке, а затем перевели в общую камеру, где он находился в одном большом помещении с другими арестованными по тому же делу. Впоследствии, после убийства в тюрьме представителя тюремной администрации, заключенных разместили в смежных камерах, и они встречались только в суде или на ежедневной прогулке, где им воспрещалось разговаривать друг с другом. Во второй половине пребывания в тюрьме Шри Ауробиндо познакомился с большинством своих товарищей, проходящих по делу. Почти все свое время в тюрьме он проводил, читая Гиту и Упанишады, интенсивно медитируя и занимаясь йогой. Он занимался этим даже в то время, когда не имел возможности остаться в одиночестве и приучил себя медитировать среди разговоров, смеха играющих, громкого шума и беспокойства. В первый и третий период заключения у него были все условия для медитации, и он полностью воспользовался ими. В суде обвиняемые помещались в большой клетке для заключенных, где в течение целого дня он пребывал, погруженный в медитацию, мало следя за процессом и почти не слушая свидетельские показания. Ч.Р.Дас, один из его сотрудников по националистической партии и известный юрист, оставил всю свою обширную практику и на несколько месяцев посвятил себя защите Шри Ауробиндо, который всецело доверил ему дело и более не беспокоился о нем, поскольку ощущал внутреннюю уверенность в том, что будет оправдан. В течение этого времени его жизненные представления радикально изменились: он увлекся йогой, побуждаемый идеей обретения духовных сил, энергии и божественного руководства в своих делах. Но теперь внутренняя жизнь духа и ее осуществление, которые постепенно нарастали и занимали все большее место в его жизни, всецело завладели им, и его работа стала частью и результатом этого, что значительно усилило его возможности служения делу освобождения страны и, помимо того, всецело обратило к его цели, ранее только мелькавшей перед ним, цели, которая имела всемирное значение и касалась будущего всего человечества.
Выйдя из тюрьмы, Шри Ауробиндо обнаружил, что политическая ситуация в стране изменилась: большинство лидеров-националистов были в заключении или добровольной ссылке, кругом царили общее разочарование и депрессия, хотя дух освобождения не был искоренен, а только подавлен и продолжал расти вопреки репрессиям. Он решился продолжить борьбу; он созывал еженедельные митинги в Калькутте, но если в прошлом их посещали тысячи энтузиастов, то теперь только сотни, в которых не чувствовалось прежней силы. Он также ездил с выступлениями по районам и в одном из них, в Уттарпаре, произнес речь, в которой впервые публично рассказал о своей йоге и своем духовном опыте. Он начал выпускать два еженедельника, "Кармайогин" и "Дхарма", один на английском, другой на бенгали, которые имели довольно большие тиражи и, в отличие от "Банде Матарам", были рентабельны. В 1909 г. он выступал на Конференции провинции в Барисале, поскольку в Бенгалии, благодаря компромиссу в Хугли, две партии не разошлись окончательно и вместе участвовали в Конференции, хотя на встрече Центральной организации умеренных, занявшей место Конгресса, не мог присутствовать представитель националистической партии. Сурендранатх Банерджи действительно устроил частную встречу, на которой присутствовали Шри Ауробиндо и еще один или два лидера националистов, чтобы обсудить проект объединения двух партий на сессии в Бенаресе и дать совместный отпор преобладающему правому крылу умеренных. Шри Ауробиндо всегда мечтал снова стать лидером единой Бенгалии, опираясь на поддержку экстремистской партии, но для этого требовалось, чтобы националисты были назначены делегатами от имени бенгальских умеренных и приняли конституцию, навязанную в Сурате. От этого Шри Ауробиндо отказался и потребовал измене-ний в конституции, позволяющих вновь сформированным ассоциациям самим выбирать делегатов, так чтобы националисты могли послать своих независимых представителей на всеиндийскую сессию. Переговоры по этому пункту потерпели неудачу. Тем не менее, Шри Ауробиндо стал думать о том, как возродить национальное движение в изменившихся обстоятельствах. Он рассматривал возможность возвращения к движению гомруля, которое правительство не могло искоренить, что было позже реализовано Анни Безант, но это означало отсрочку или отход от идеалов независимости. Он также думал о сильном и организованном пассивном сопротивлении в том виде, как его впоследствии воплотил в жизнь Ганди. Однако он понимал, что сам не может быть лидером такого движения.
Он никогда не желал иметь ничего общего с бутафорскими реформами, которые только и могло предложить правительство в то время. Он всегда выдвигал лозунг "никаких компромиссов" или, как он заявил в своем открытом письме к соотечественникам, напечатанном в "Кармайогине", "никакого сотрудничества без контроля". Только при условии реального политического, административного и финансового контроля со стороны популярных в народе министров в выбранной ассамблее он мог бы рассматривать предложения британского правительства. Однако об этом не было и речи, пока не возникло предложение о реформах Монтегю, в которых впервые упоминалось о чем-то подобном. Он предвидел, что британскому правительству придется пойти на уступки народным требованиям, но не мог ускорить этот момент. Реформы Монтегю начались через девять лет после того, как Шри Ауробиндо удалился в Пондишерри, а к этому времени он отказался от всякой открытой политической деятельности и посвятил себя духовному труду, воздействуя на движение в Индии только своей духовной силой, покуда его предвидение настоящих переговоров между британским правительством и индийскими лидерами не сбылось в декларации Криппса и последовавших за ней событиях.
Между тем правительство решило избавиться от Шри Ауробиндо как от единственного серьезного препятствия на пути к успеху репрессивной политики. Поскольку оно не могло сослать его на Андаманские острова, было принято решение о депортации. Об этом узнала сестра Ниведита и предупредила Шри Ауробиндо, посоветовав ему покинуть Британскую Индию и работать за рубежом, чтобы его дело не было остановлено или прервано. Шри Ауробиндо ограничился публикацией от своего имени статьи в "Кармайогине", где рассказал о планах его депортации, и оставил стране то, что назвал своей последней волей и завещанием. Он был уверен, что это сведет на нет идею депортации, и на самом деле так и произошло. От депортации отказались, и правительству оставалось только ждать повода для обвинения в подрывной деятельности, каковой и появился, когда Шри Ауробиндо опубликовал в той же газете другую статью, анализирующую политическую ситуацию статья была достаточно умеренна по тону, и позже Верховный Суд отказался считать ее бунтарской и оправдал издателя. Однажды ночью Шри Ауробиндо узнал о намерении властей провести обыск в редакции "Кармайогина" и арестовать его. Думая о том, как поступить, он внезапно получил приказ свыше отправиться в Чандернагор во Французской Индии. Он сразу повиновался этому приказу, поскольку теперь положил себе за правило поступать в соответствии с божественным руководством и никогда не противиться и не избегать его. Он не стал ждать ничьего совета и через десять минут был уже на речной пристани, где сел в лодку, курсировавшую по Гангу. Спустя несколько часов он прибыл в Чандернагор и отправился на конспиративную квартиру. Он написал сестре Ниведите, попросив ее редактировать "Кармайогин" в его отсутствие. Это был конец его активного сотрудничества с двумя издаваемыми им журналами. В Чандернагоре он полностью погрузился в медитацию и прекратил всякую иную деятельность. Затем он вновь услышал призыв двинуться в Пондишерри. Пароход, управляемый несколькими молодыми революционерами из Уттарпары, доставил его в Калькутту, где он взошел на борт "Dupleix" и 4 апреля 1910 г. прибыл в Пондишерри.
В Пондишерри занятия Шри Ауробиндо йогой стали все более и более всепоглощающими. Он перестал участвовать в любых политических мероприятиях, неоднократно отказывался председательствовать на сессиях восстановленного Индийского национального Конгресса и взял за правило воздерживаться от всяких публичных заявлений, не связанных с его духовной деятельностью, и статей, кроме тех, что позже были написаны для журнала "Арья". На протяжении нескольких лет он поддерживал личные отношения с некогда возглавляемыми им революционными силами через некоторых частных лиц, но затем оставил и это, когда его неучастие в любой политике стало окончательным. Поскольку его видение будущего прояснилось, он знал, что возможная при определенных условиях независимость Индии была гарантирована развитием сил, о которых он имел полное представление: что Британия будет вынуждена под нажимом индийского сопротивления и международной ситуации признать независимость страны и что она уже движется к этой возможности, несмотря на оппозицию и нежелание. Он ощущал, что вооруженное восстание не понадобится и что можно прекратить тайную подготовку к нему без ущерба для дела националистов, хотя и революционный дух следует поддерживать, причем в его первозданном виде. Таким образом, необ-ходимости в его личном вмешательстве в политику уже не существовало. Помимо всего этого ему становилось все более ясным величие стоящей перед ним духовной работы, и он понимал, что нужно сосредоточить на ней всю свою энергию. Поэтому, когда возник ашрам, Шри Ауробиндо не связывал его с какими-либо политическими действиями. Даже впоследствии, когда ему пришлось дважды по особым случаям вмешиваться в политику, это было чисто частное вмешательство, не затрагивавшее ашрам. Британские власти и многие другие люди не могли поверить, что Шри Ауробиндо отказался от всех политических акций, и считали, что он продолжает тайно участвовать в революционной деятельности и даже создает секретную организацию, прячась во Французской Индии. Но все это было из области чистой фантазии и слухов, ничего подобного не было. Его уход из политики был бесповоротным, как и его личный уход от людей в 1910 г.
Однако это не означало, как полагали многие, что, поднявшись на высоту духовного опыта, он потерял в дальнейшем всякий интерес к миру или к судьбе Индии. Ведь сам принцип йоги состоит не только в том, чтобы постичь Божественное и достичь полного духовного сознания, но и в том, чтобы вобрать жизнь в целом и всю мирскую деятельность в сферу этого духовного сознания, придать жизни духовную основу и духовный смысл. В своем уединении Шри Ауробиндо внимательно следил за тем, что происходит в мире и в Индии, и активно вмешивался, когда было нужно, однако действуя лишь силой духа, поскольку эта сила и молчаливое духовное действие - часть опыта тех, кто далеко продвинулся в йоге. Помимо обычных материальных сил и действий ума, жизни и тела, существуют еще совсем иные силы и энергии, которые могут действовать и действуют извне и свыше. Есть также движущая духовная энергия, которой могут обладать те, кто продвинулся в духовном сознании, хотя и они не заботятся о том, чтобы овладеть ею или, овладев, использовать ее, - вот эта энергия мощнее какой-либо иной и значительно действенней. Именно этой энергией он воспользовался, как только овладел ею, сначала только в ограниченной сфере своей личной деятельности, а затем - в постоянном воздействии на мировые силы. У него не было поводов разочароваться в результатах и он не чувствовал необходимости в иных способах действий. Тем не менее, дважды он посчитал целе-сообразным дополнительно прибегнуть к другим действиям общественного свойства. Первый раз это было связано со Второй мировой войной. Вначале он не ощущал своей причастности к событиям, но когда показалось, что Гитлер может сокрушить все противостоящие ему силы и миром завладеет нацизм, он вмешался. Он публично объявил себя сторонником союзников, сделал несколько денежных взносов, откликнувшись на призыв к пожертвованиям, и воодушевил всех тех, кто искал у него совета, вступать ли в армию и участвовать ли в военных действиях. Внутренне он защитил своей духовной силой войска союзников с момента Дюнкерской операции, когда все ожидали немедленного поражения Англии и полной победы Гитлера, и с удовлетворением наблюдал почти немедленное прекращение стремительного победного движения немцев и поворот хода войны в противоположном направлении. Он совершил это потому, что видел стоящие за Гитлером и нацизмом темные демонические силы, понимал, что их победа означает порабощение человечества тиранией зла, задержку эволюции, в частности, духовной эволюции человека. Победа Гитлера могла бы привести к порабощению не только Европы, но и Азии, в том числе, и Индии, - к рабству, значительно более страшному, чем когда-либо переживала эта страна, и к уничтожению всех усилий, предпринятых для ее освобождения. Это же обстоятельство побудило его публично поддержать декларацию Криппса и принудить лидеров Конгресса принять ее. По разным причинам он не применял свою духовную энергию против японской агрессии, пока не стало очевидно, что Япония намерена атаковать и даже вторгнуться в Индию и покорить ее. Он разрешил опубликовать некоторые письма, в которых выражал свою уверенность в демонической природе и неизбежном поражении гитлеризма. Он поддержал декларацию Криппса, поскольку ее принятие означало совместное противостояние Индии и Британии полчищам асуров: кроме того, декларацию Криппса можно было использовать как шаг на пути к независимости. Когда переговоры провалились, Шри Ауробиндо вновь обратил свои личные духовные силы против агрессора, с удовлетворением наблюдая, как захлебнулось победоносное продвижение японцев. До того сметавшее все на своем пути, это победное шествие мгновенно превратилось в быстрое, сокрушительное и, в конечном итоге, полное и безоговорочное поражение. Через некоторое время он также имел возможность увидеть, как сбылись его предвидения относительно будущего Индии, которая стала независимой, несмотря на все внутренние трудности.
*
Единственная телеграмма, посланная им секретарю вице-короля, сопровождала пожертвование в тысячу рупий в Фонд войны, что означало верность Шри Ауробиндо делу борьбы союзников против держав оси. Существовало также предшествовавшее другому пожертвованию письмо губернатору Мадраса, в котором излагалась его позиция по поводу войны и которое было опубликовано. Кроме того, были сделаны и другие прямые взносы для Франции. Что касается декларации Криппса, она была поддержана в длинной телеграмме, посланной не секретарю вице-короля, а самому Криппсу после того, как он выступил с декларацией по радио3 .

ПОЛИТИЧЕСКАЯ ПОЗИЦИЯ ШРИ АУРОБИНДО И ПАЦИФИЗМ4

Кажется, здесь и в других местах высказывается мнение, что политические взгляды Шри Ауробиндо были всецело пацифистскими, что в принципе и на практике он противостоял всякому насилию и отвергал терроризм, восстание и др., как полностью противоречащие духу и букве индуизма. Говорят даже, что он был предшественником Махатмы Ганди и проповеди ахимсы. Это совершенно не так и, если согласиться с таким утверждением, то создастся неверное впечатление о Шри Ауробиндо. Он изложил свои общие взгляды по этому вопросу в " Эссе о Гите" (первый том, глава VI), где поддержал идею Гиты о дхармаюддхе и критиковал, хотя и не открыто, гандистскую доктрину. Если бы он следовал пацифистским идеалам, он никогда бы не выступил на стороне союзников (или чьей-то еще) во время войны и не санкционировал бы вступление некоторых своих последователей в армию в качестве летчиков, солдат, врачей, электриков и др. Цитированные в книге декларации и заявления не принадлежал Шри Ауробиндо: в лучшем случае они могли быть высказаны его юристами или написаны (скорее продиктованные благоразумием, нежели искренностью) его коллегами в "Банде Матарам". Практика ограничивать политическую деятельность пассивным сопротивлением считалась на том этапе лучшей политикой национального движения, а не частью проповеди ненасилия или мира. Мир принадлежит высшему идеалу, но он должен быть духовным или, по меньшей мере, психоло-гическим в своей основе: он невозможен без изменения человеческой природы. Если мира пытаются добиться на какой-то иной основе (моральный принцип или проповедь ахимсы и др.), попытка терпит поражение и может ухудшить ситуацию. Шри Ауробиндо является сторонником прекращения войны с помощью международного соглашения и международных сил, что в настоящее время предусматривает "Новый порядок", если он осуществим: однако, это будет не ахимса, а победа сил закона над силами анархии, хотя и нет уверенности, что это будет окончательная победа. Такой мир уже достигнут в пределах наций, что не может, однако, предотвратить отдельные гражданские войны, революции, политические взрывы и репрессии, порой кровопролитного характера. То же самое может случиться с миром и в международном масштабе. Шри Ауробиндо никогда не скрывал своей уверенности в том, что народ имеет право обрести свободу силой, если он способен на это или если нет иного пути: следует ли идти таким путем - проблема политического выбора, а не этических соображений гандистского толка. Позиция Шри Ауробиндо по этому вопросу, как и его практика, совпадала с позицией Тилака и других лидеров-националистов, которые отнюдь не являлись пацифи-стами или поклонниками ахимсы. Те из них, кто участвовал в революционной деятельности, вуалировали свои взгляды по причинам, которые здесь не место обсуждать. Шри Ауробиндо знал это и шел своим путем, но всегда пребывал в убеждении, что нельзя поднимать эту "вуаль", пока не придет время.
Все сказанное означает, что отрывки, отражающие неверную, прямо противоположную идею, следует убрать в интересах истины или переписать. Не нужно ничего говорить о позиции националистов того времени в связи со Шри Ауробиндо.

БХУПЕНДРАНАТХ ДАТТ КАК РЕДАКТОР "ЮГАНТАРА"

В интересах правды это имя надо опустить. В то время Бхупен Датт был только пешкой в редакции "Югантара", а не способным написать что-либо важное, заурядным рядовым в революционных рядах, не способным руководить ни другими, ни собой. Когда полиция производила обыск в редакции, он вышел вперед и, бравируя, объявил себя редактором газеты, хотя это и было неправдой. Впоследствии он захотел защищаться, но было решено, что "Югантар", газета откровенно революционная, выступающая за вооруженное восстание, должна отказаться от защиты в британском суде. Затем эту позицию поддержали повсеместно, что весьма способствовало росту престижа газеты. Бхупен был приговорен к заключению, отсидел свой срок и затем уехал в Америку. Это все, чем он был известен в то время. Настоящими редакторами или авторами "Югантара" (поскольку у газеты не было официального редактора) были Барин, Упен Банерджи (он же заместитель редактора "Банде Матарам") и Дебабрата Бос, который затем присоединился к Миссии Рамакришны (будучи оправдан по процессу в Алипоре) и стал известным саньяси в Альморе и автором журналов Миссии. Упен и Дебабрата прекрасно владели бенгальской прозой, и их писания, как и статьи Барина, снискали газете беспримерную популярность. Таковы факты, но достаточно будет просто опустить имя Бхупена.
*
Теперь Шри Ауробиндо оказался в Калькутте, в своей стихии. Без всяких колебаний он отказался от работы в Бароде, твердой зарплаты и соблазнительных перспектив.
Шри Ауробиндо присутствовал на сессиях Конгресса в 1904 и 1906 гг., принимал участие в совещаниях экстремистской партии и в создании программы из четырех пунктов - "Сварадж, Свадеши, Бойкот, Национальное образование", которую умеренные лидеры после жестокой закулисной борьбы были вынуждены включить в резолюции 1906 г. Бепин Пал только что стал выпускать ежедневную газету "Банде Матарам" всего с пятью сотнями рупий в кармане. Шри Ауробиндо выступил соредактором газеты, возглавлял ее в отсутствие Бепина Пала и убедил националистическую партию признать ее своим органом и финансировать. Он созвал встречу партийных лидеров, на которой было решено прекратить закулисную борьбу с умеренными и объявить им открытую войну, развернуть в стране действительную революционную пропаганду. От своей работы в Бароде он отказался несколько позже: он взял неоплаченный отпуск на неопределенное время и по этой причине не мог официально и открыто руководить изданием "Банде Матарам", хотя после ухода Бепина Пала с этого поста он практически контролировал политику газеты.
Открылся Бенгальский национальный колледж, и Шри Ауробиндо стал его директором. Однако из-за противоречий между ним и руководством Колледжа ему пришлось уйти в отставку.
На раннем этапе он доверил работу в Колледже педагогу Сатишу Мукерджи и с головой окунулся в политику. Когда ему были предъявлены обвинения по делу "Банде Матарам", он вышел в отставку, чтобы не смущать руководство Колледжа, но вновь занял свой пост, будучи оправдан. Во время процесса в Алипоре он окончательно ушел из Колледжа по просьбе его руководства.
*
Не было никаких различий во мнениях (с руководством Колледжа). Отставка произошла из-за дела "Банде Матарам", чтобы не подвести руководство. После оправдания Колледж вновь пригласил его на этот пост. Об окончательной отставке он попросил из алипорской тюрьмы.

САТИШ МУКЕРДЖИ

Я знал Сатиша Мукерджи, когда он организовал Бенгальский национальный колледж (1905-1907), но позже с ним уже не контактировал. Даже в те времена мы не были близки, и я ничего не знал о его духовной жизни и достижениях, кроме того, что он являлся учеником Беджоя Госвами, как и такие политические соратники и лидеры, как Бепин Пал и Маноранджан Гуха. Я знал Сатиша Мукерджи только как очень способного и активного организатора в сфере просвещения, - пророчески предначертанная ему миссия. Ничего другого мне его гуру не рассказал.
Уйдя из Бенгальского национального колледжа, Шри Ауробиндо мог беспрепятственно связать себя с националистической партией и ее органом "Банде Матарам".
Это произошло значительно раньше, как показывает выше приведенный очерк.

ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЛИНИЯ ШРИ АУРОБИНДО В СТАТЬЯХ
ДЛЯ "БАНДЕ МАТАРАМ"

Политические принципы Шри Ауробиндо исключали какое бы то ни было обращение к британцам: он считал это политикой попрошайничества. Статьи и другие публикации (сатирические стихи, пародии и др.) в "Банде Матарам", о которых упоминается на этих страницах (конечно, не "Видула" и "Персей"), принадлежали перу Шьямсундара Чакраварти, а не Шри Ауробиндо. Шьямсундар был остроумным пародистом, он обладал большим юмором, как, впрочем, и риторическим даром: он хорошо имитировал стиль Шри Ауробиндо, и многие не могли отличить статьи одного от публикаций другого. Когда Шри Ауробиндо не было в Калькутте, именно Шьямсундар писал большинство редакционных статей в "Банде Матарам", кроме тех, что Шри Ауробиндо присылал из Деогхара.
*
Шри Ауробиндо никогда не привносил в свою политику личной неприязни. Он никогда не питал ненависти к Англии или английскому народу: свое требование независимости Индии он основывал на врожденном чувстве свободы, а не на обвинениях в дурном управлении или угнетении. Если он и нападал, порой яростно, на конкретных лиц, то только из-за их взглядов или политических действий, а не из других соображений.
Ранее, в 1907 г. он подвергся судебному преследованию за редакторскую работу в "Банде Матарам" и серию написанных для этой газеты статей под заголовком "Новый путь".
Нет, причиной судебного преследования было не чье-то письмо редактору и публикация статей, проходивших по делу "Югантар", но не использованных обвинением. "Банде Матарам" никогда не привлекалась к суду за редакционные статьи. Редактор "Стейтсмен" жаловался, что издатели "Банде Матарам" чертовски умны, поскольку наполняют газеты между строк крамолой, но при этом так ловко пользуются формулировками, что не дают поводов для судебного преследования. Должно быть, власти разделяли это мнение, так как ни разу не отважились напасть на газету за ее редакционные или иные статьи, будь их автором Шри Ауробиндо или трое его коллег по редакции. Верно и то, что Шри Ауробиндо всегда руководствовался в своей борьбе за свободу не расовой ненавистью или обвинениями в тирании или дурном управлении, но исключительно неотъемлемым правом нации на независимость. С его точки зрения, даже хорошее правительство не может заменить национальное правительство, независимость.
Он был оправдан, и обвинение провалилось. Однако в одном оно преуспело: он оказался на передовой, а индийская интеллигенция более чем когда бы то ни было, стала читать "Банде Матарам".
Шри Ауробиндо ограничивался литературным трудом и закулисным руководством, не думая о саморекламе и выпячивании своей личности, но тюремное заключение и ссылка других лидеров, а также известность, которую он приобрел благодаря судебному процессу, вынудили его выйти на авансцену и открыто возглавить борьбу.
С 1904 г. в Конгрессе сформировалась фракция экстремистов, и ее члены ждали сессии Конгресса в Бомбее, чтобы заявить о себе.
Не совсем ясно, к чему это относится. В 1904 г. экстремистская партия еще не была сформирована, хотя и существовала передовая фракция в Конгрессе, сильная в Махараштре, но малочисленная и слабая в других местах, в основном состоящая из молодежи. Иногда велись закулисные споры, но публично ничего не высказывалось. Эти люди крайних взглядов даже не составляли организованную группу: именно Шри Ауробиндо в 1906 г. уговорил такую группу в Бенгалии заявить о себе как о партии, избрать своим лидером Тилака и вступить в спор с лидерами умеренных за контроль над Конгрессом и общественным мнением и деятельностью в стране. Первое крупное открытое столкновение между двумя партиями произошло на сессии Конгресса в Калькутте, где Шри Ауробиндо присутствовал, но все еще не официально; вторая стычка разыгралась на Конференции провинции Бенгалия в Миднапуре, где он впервые открыто выступил как лидер бенгальских националистов, а окончательный разрыв произошел в 1907 г. в Сурате.
Мусульмане, потомки иностранных завоевателей, приветствовали раздел Бенгалии.
Может показаться, что все индийские мусульмане были потомками иностранных завоевателей, но идея двух наций в Индии была новомодным изобретением Джинны, отвечавшим его целям и противоречившим действительности. Более 90 % индийских мусульман являются потомками обращенных индусов и принадлежат индийской нации в той же мере, как и сами индусы. Этот процесс обращения в ислам продолжался долгое время: сам Джинна - потомок индуса по имени Джинабхаи, перешедшего в ислам в не столь отдаленные времена, и такое же происхождение имеют многие наиболее известные мусульманские лидеры.
Большинство населения Ассама было мусульманским.
Большинство населения в Ассаме состоит из индусов и племенных народов: в собственно Ассаме мусульмане составляют только 20 %. Это соотношение изменилось благодаря включению в Ассам Силхета, бенгальского района, но и тогда немусульманское население продолжало преобладать. В настоящее время в Ассаме пришло к власти правительство сторонников Конгресса, избранное подавляющим большинством, и Ассам категорически отказывается от объединения с мусульманской Бенгалией на основе новой конституции.

РОЛЬ ШРИ АУРОБИНДО В БАРИСАЛЬСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ 1906 Г.

Шри Ауробиндо принимал участие в барисальской конференции и был, вместе с тремя другими товарищами, в первых рядах демонстрации, разогнанной полицией. После роспуска конференции он сопровождал Бепина Пала в поездке по Восточной Бенгалии, где собирались огромные митинги, в одном районе - даже несмотря на запрет районного магистрата.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Шри Ауробиндо "О себе" 1 и 2 часть
СообщениеДобавлено: 26 дек 2011, 18:34 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 10 дек 2007, 16:20
Сообщения: 4305
Откуда: Кострома
СЕССИЯ КОНГРЕССА В СУРАТЕ В ДЕКАБРЕ 1907 Г.

Изложенная версия не представляет факты, как они помнятся Шри Ауробиндо. Сначала сессия Кон-гресса была назначена в Нагпуре, но это был город с преобладающим маратхским населением и яростно экстремистский. Гуджерат в то время был в основном представлен умеренными, националистов в нем было мало, и он оставался цитаделью умеренной партии, хотя позже, когда к руководству пришел Ганди, превратился в одну из самых революционных провинций. Поэтому лидеры умеренных решили провести сессию Конгресса в Сурате. Тем не менее, националисты прибыли туда во всеоружии: они провели открытую конференцию, где председательствовал Шри Ауробиндо, и некоторое время было неясно, какая из двух партий получит большинство. В итоге в этой твердыне умеренных их партии удалось довести число так называемых делегатов до 1300 человек, в то время как националисты сумели теми же методами собрать более 1100 человек. Было известно, что лидеры умеренных подготовили новую конституцию для Конгресса, по которой экстремистская партия практически не сможет в будущем обладать большинством на какой-либо годичной сессии. Молодые националисты, в частности из Махараштры, решились препятствовать этому любыми средствами и сорвать сессию, если не сумеют провалить это решение. Тилак и старшие лидеры не знали об этом решении, но Шри Ауробиндо оно было известно. Во время заседания Тилак вышел на трибуну, чтобы предложить резолюцию, касающуюся руководства Конгрессом, но председательствующий, назначенный умеренными, не дал ему слова. Тилак настаивал на своем праве выступить и начал читать резолюцию. Начался невероятный шум, молодые гуджератские добровольцы пошли на Тилака с поднятыми над головами стульями. Это привело в ярость маратхов: брошенный кем-то из них башмак со свистом пролетел через весь зал в сторону председательствующего Раш Бехари Гхоша и ударил в плечо Сурендранатха Банерджи. Молодые маратхи ворвались на помост президиума, лидеры умеренных бежали: после короткой драки стульями на помосте сессия была прервана и не возобновилась. Лидеры умеренных решили временно распустить Конгресс, заменив его национальной конференцией, устав и организация которой были бы удобны их партии. Между тем Ладжпат Рай сообщил Тилаку, что правительство решило в случае раскола Конгресса сокрушить экстремистов самыми жестокими репрессиями. Тилак считал, и события подтвердили его правоту, что страна не готова выдержать репрессии, и предложил расстроить планы как умеренных, так и властей тем, что националисты присоединятся к конференции и подпишут заявление о верности новой конституции, которой требовали умеренные. Шри Ауробиндо и некоторые другие лидеры не хотели сдаваться: они не верили, что умеренные допустят кого-либо из националистов на их конференцию (так и произошло), и предпочли, чтобы страна выдержала репрессии. Таким образом, Конгресс временно прекратил свое существование: но конференция умеренных не имела успеха и собирала с каждым разом все меньшее число делегатов. Шри Ауробиндо надеялся, что страна достаточно сильна, чтобы выдержать репрессии, во всяком случае, Бенгалия и Махараштра, где энтузиазм был сильным и всеобщим: он также думал, что, даже в случае временного краха, репрессии глубоко изменят души и умы людей, и весь народ повернется в сторону национализма и идеала независимости. Так и случилось на самом деле, и когда через шесть лет Тилак вернулся из заключения в Бирме, ему удалось вместе с Анни Безант не только возродить Конгресс, но и сделать его представителем народа, присягнувшего делу националистов. Умеренная партия сократилась до маленькой группы либералов, и даже они, в конце концов, согласились с требованием полной независимости.
Националисты хотели предложить в президенты Конгресса Ладжпат Рая, а не Тилака. Никто из лидеров националистов не входил в президиум.
История очень редко фиксирует факты, которые имеют решающее значение, но свершаются закулисно: она замечает лишь то, что происходит на авансцене. Очень немногие знают, что именно я (не посоветовавшись с Тилаком) отдал приказ, приведший к роспуску сессии, и нес ответственность за отказ присоединиться к "новомодной" конвенции умеренных, что в совокупности составило два важнейших события в Сурате. Даже мои действия по приданию боевого характера движению в Бенгалии или организация революционного движения остались малоизвестны.

МНЕНИЕ ШРИ АУРОБИНДО О ГОКХАЛЕ

После часовой беседы с Гокхале в поезде между Ахмедабадом и Бародой Шри Ауробиндо не смог сохранить уважение к Гокхале как к политическому деятелю, каковы бы ни были его человеческие достоинства.
"Политический вояж" на пути в Калькутту после сессии Конгресса в Сурате.
Никакого "политического вояжа" не было. Шри Ауробиндо поехал с Леле в Пуну и после возвращения в Бомбей отправился в Калькутту. Все его выступления того времени (кроме состоявшихся в Бомбее и Бароде) организовывались по пути, в тех местах, где он останавливался на день или на два.
"Состояние необъяснимой безмятежности" Шри Ауробиндо перед его речью в Бомбее 19.01.1908 г.
Конечно, не "необъяснимой". Это было состояние покоя ума, которого он достиг трехдневной медитацией вместе с Леле в Бароде и которые сохранил на многие месяцы и даже навсегда. Все действия выражаются внешне, у него же тогда таких внешних проявлений не было. Леле посоветовал ему поклониться аудитории и ждать, и тогда слова придут к нему сами, из источника иного, чем ум. И действительно, с тех пор все речи, писания, мысли и поступки являлись ему из того же источника, пребывающего над человеческим умом.
*
Отрывок в скобках следует опустить. Он может дать неверное представление о природе йоги Шри Ауробиндо и о том, что происходило в нем в то время. Йога свершалась в нем постоянно, даже в процессе каких-то внешних действий, но он не ушел в себя или не был "оглушен", как думали некоторые из его друзей. Если он не отвечал на вопросы и предложения, то потому лишь, что не испытывал желания и находил убежище в молчании.

РАННИЕ ДУХОВНЫЕ ОПЫТЫ ДО ВСТРЕЧИ С ЛЕЛЕ В 1908 Г.

Леле спросил его, способен ли он полностью предаться Внутреннему Водителю в себе самом и двигаться туда, куда он движет его: если да, то он не нуждается в руководстве Леле или кого-либо другого. Шри Ауробиндо принял это за правило в садхане и в жизни. До встречи с Леле Шри Ауробиндо имел несколько духовных опытов: это произошло до того, как он узнал что-либо о йоге или даже о том, что такое йога. Речь идет о всеобъемлющем покое, снизошедшем на него в момент, когда он впервые ступил на индийскую землю, точнее, когда он ступил за землю порта Апполо Бандар в Бомбее (этот покоя постоянно окружал его в течение многих месяцев); о постижении пустоты Бесконечного во время прогулки по горной гряде Тахт-и Сулейман в Кашмире; о живом присутствии Кали в священном месте на берегах Нармады; о видении поднимающегося изнутри Божества в момент угрозы железнодорожной катастрофы в первый год пребывания в Бароде и т.д. Но все это были внутренние опыты, приходящие сами по себе, спонтанно и внезапно, не как часть садханы. Он начал заниматься йогой сам, без гуру, узнав о правилах от друга, ученика Брахмананды из Гангаматха: сначала эти занятия ограничивались тем, что усердно практиковалась пранаяма (одно время более чем по шесть часов в день кряду). Он не ощущал никакого конфликта между йогой и политикой, занимаясь и тем, и другим безо всякого противоречия. Тем не менее, он хотел найти гуру. Во время этих поисков он встретил саньяси из секты Нага, но не взял его в гуру, хотя тот утвердил его веру в силу йоги, когда почти в один момент излечил Барина от жестокой и стойкой горной лихорадки, просто крест-накрест проведя ножом в стакане с водой и молча повторяя мантру. Барин выпил эту воду и вылечился. Он также встречался с Брахманандой и испытал сильнейшее впечатление. Но у него не было ни помощника, ни гуру в занятиях йогой, пока он не встретил Леле, да и тот руководил им только короткое время.
*
"Храм Бхавани" - в те революционные дни...
"Храм Бхавани" был написан Шри Ауробиндо, но это в большей мере была идея Барина. Смысл его заключался не в обучении людей убийствам, а подготовке революции в стране. Что касается Шри Ауробиндо, он вскоре забросил эту идею, но нечто в этом роде пытался осуществить Барин в Маниктала Гарден, о чем, очевидно, говорит Хемчандра.
Шри Ауробиндо не помнит ни о чем подобном, как и об официальном решении отказаться от идеи Храма Бхавани. Выбор места и главы обители, должно быть, принадлежал Барину. Он путешествовал в горах, пытаясь найти подходящее место, но подхватил горную лихорадку и был вынужден отказаться от поисков и вернуться в Бароду. Впоследствии он возвратился в Бенгалию, но Шри Ауробиндо не слышал, чтобы место было найдено. Гуру Барина был Свами Сакария: он принимал участие в Великом Восстании и во время сессии Конгресса в Сурате выказал неистовый патриотический пыл, что стало причиной его смерти, поскольку пробудило действие яда от укуса бешеной собаки, который Свами сумел ранее нейтрализовать своей йогической волей. Однако Шри Ауробиндо не избрал бы его руководить политической деятельностью такой организации. Идея Храма Бхавани попросту исчерпала самое себя. Шри Ауробиндо более о ней не задумывался, а Барин, верный этой идее, попытался реализовать ее в малом масштабе в Маниктала Гарден.
*
После ареста 5.05.1908 г. полиция надела на Шри Ауробиндо наручники.
Наручники - нет, связала веревкой, которую затем сняли после протеста Бхупена Боса, умеренного лидера Конгресса.
Руки его остались несвязанными, веревка охватывала его вокруг пояса, но прежде, чем он покинул дом, веревку сняли после протеста Бхупендранатха Боса, лидера умеренных, который, услышав об аресте, явился в полицию, чтобы узнать мотивы ареста.
*
В алипорской тюрьме Шри Ауробиндо начал читать Гиту и учиться жить по ее садхане; он полностью постиг истинную сущность и величие "Санатана Дхармы".
Лучше сказать, что он долго пытался постичь истинную сущность и величие индийской религиозной и духовной традиции, Санатана Дхармы, и принять ее во всей полноте.
*
Процесс начался в суде алипорского магистрата 19 мая 1908 г. и с перерывами продолжался целый год. Судья магистрата, мистер Бичкрофт, учился вместе со Шри Ауробиндо в Кембридже... В свое время дело передали в Верховный суд, где процесс начался в октябре 1908 г.
Последнее предложение "процесс... в октябре 1908 г." должно идти за словом "год" в конце первой фразы. Предварительное слушание (очень долгое) проводил судья Бирли, молодой человек, не известный Шри Ауробиндо. Бичкрофт был судьей не магистрата, а Верховного суда.

ЗАЯВЛЕНИЕ В СУДЕ АЛИПОРА

Шри Ауробиндо никогда не делал публичных заявлений в суде. При допросе в суде он ответил, что доверяется адвокатам, которые будут говорить за него. Сам он не желал делать какие-либо заявления или отвечать на вопросы суда. Если все же и были сделаны заявления, о которых идет речь, они, должно быть, составлены адвокатами от его имени, а не им лично.
*
Будучи в алипорской тюрьме, Шри Ауробиндо заболел.
В тюрьме Шри Ауробиндо не болел: он пребывал в добром здравии, если не считать легкого недомогания, которое вскоре прошло без последствий.

*
Год уединения и медитации в алипорской тюрьме произвел значительную трансформацию в Шри Ауробиндо... Снова - сейчас, как и всегда - "служение" стало для него пробуждением к действию.
Бескорыстный труд для страны, для мира, наконец, для Божественного - нишкама карма - был его идеалом более, чем "служение".

"Открытое письмо соотечественникам" Шри Ауробиндо, датированное июлем 1909 г., и второе письмо от декабря 1909 г.
Существует путаница вообще и здесь, в частности, относительно этих двух писем. Шри Ауробиндо не ожидал никаких изменений в политике правительства в результате первого письма. Он ясно пишет, что предлагаемые реформы фальшивы, нереальны и неприемлемы. Он говорит, что если бы были предложены реальные реформы, дающие реальную власть и контроль, даже при том, что они предусматривают только частичное, а не полное самоуправление, тогда бы националистическая партия могла принять их как средство на пути к полному самоуправлению. До тех пор националисты будут продолжать борьбу и свою политику несотрудничества и пассивного сопротивления. Он уповал не на письмо, а на свою интуицию, подсказывавшую, что правительство сочтет необдуманной и неполезной его депортацию, если он оставит программу, которую в его отсутствие могут выполнять другие. Также и соображения насчет гомруля и всеобщего пассивного сопротивления не имели отношения к первому письму, поскольку в то время не рассматривались Шри Ауробиндо. Позже, в период, когда было написано второе письмо, он взвесил все обстоятельства, оценил ситуацию в стране и подумал, нет ли необходимости на время немного отступить, чтобы сделать возможной постоянную политическую деятельность, reculer pour mieux sauter, поскольку в противном случае национальному движению, казалось, грозила полная остановка. Существовали также возможности движения гомруль и движения по типу южноафриканского, и он предвидел, что к ним можно будет прибегнуть в ближайшем будущем. Но он решил, что такие движения он не захочет возглавить, и должен продолжать развивать освободительное движение как оно есть. Во втором письме он также отверг реформы, как не соответст-вующие ситуации, и выступил за продолжение и реорганизацию националистического движения5. Это произошло 25 декабря, через пять месяцев после первого письма. Шри Ауробиндо не понимает ссылку на coup de force* и военную хитрость: если под coup de force понимать предполагаемый обыск и арест, они были предприняты в результате второго письма и в связи с ним, поскольку оно должно было стать основанием для судебного преследования. Поскольку Шри Ауробиндо уехал в Чандернагор и исчез из вида властей, обыск не состоялся, ордер на арест был отозван, и следствие отложено до его появления. Это случилось в феврале, спустя месяц или более после опубликования второго письма. Шри Ауробиндо хотел, чтобы полиция раскрыла свои карты и начала действовать, и военная хитрость, о которой он писал, состояла в ответе на письмо, пересланное ему в Чандернагор и написанное, как он знал, полицейским шпионом, где ему предлагалось вернуться и предстать перед судом. Он ответил, что не имеет для этого причин, поскольку официально против него не возбуждено никакого дела. Он думал, что таким ответом вынудит полицию открыто выдвинуть обвинение, и так оно и случилось на самом деле.

ПРИЧИНЫ УХОДА ИЗ ПОЛИТИКИ

Я также могу сказать, что я ушел из политики не потому, что ощущал невозможность сделать нечто большее в этой сфере: я был далек от подобной мысли. Я ушел, потому что не желал, чтобы что-нибудь мешало моей йоге и получил на этот счет ясное указание-адеша. Я полностью оборвал все связи с политикой, но, прежде чем сделать это, я был внутренне уверен, что начатому мною делу суждено быть продолженным другими и по плану, мною предсказанному, и что окончательная победа движения, у истоков которого я стоял, неизбежна и без моего личного участия и присутствия. Мой уход ни в какой мере не был обусловлен разочарованием или ощущением тщетности. Что же до остального, я замечал, что всякое мое желание, касающееся важного результата в каких-либо земных делах, никогда не терпит неудачу, хотя мировым силам и может понадобиться немало времени для осуществления этого желания. Что касается возможности потерпеть неудачу в моем духовном труде, я остановлюсь на этом в другое время. Трудности есть, но я не вижу оснований для пессимизма и констатации поражения.

Октябрь 1932 г.

4. ПОПРАВКИ К НЕВЕРНЫМ УТВЕРЖДЕНИЯМ ПРЕССЫ

Вот мой ответ на вопросы, поднятые в вашем письме6. За исключением одного пункта, требующего некоторых пояснений, я ограничусь голыми фактами.
1. Я был автором серии статей "Пассивное сопротивление", опубликованных в "Банде Матарам" в апреле 1907 г., о которых здесь упоминается. Бепин Пал не имел к ним никакого отношения: он прекратил сотрудничать с газетой к концу 1906 г. и с того времени в впредь не писал ни редакционных, ни иных статей для нее. Я планировал несколько серий такого рода для "Банде Матарам", вышли, по меньшей мере, три, из которых одна - "Пассивное сопротивление".
2. Статьи в "Дхарме", опубликованные в феврале и марте 1910 г., написаны не мной. Их истинным автором был юноша из младшего редакционного персонала газеты. Его знают все, кто работал в то время в редакции или был связан с нею, - это Нолини Канта Гупта: он был со мной тогда, как и остается сегодня.
3. Я не был на Багбазар Матх на своем пути в Чандернагор и не приветствовал Шри Сарадешвари Деви. на самом деле я никогда в жизни с ней не встречался и даже не видел ее. Я отправился на пароходе в Чандернагор не от Багбазара, а с другой пристани (Ганга-гхат).
4. Ни Ганен Махарадж. ни Ниведита не провожали меня на пристани. Никто из них не знал о моем отъезде: Ниведита узнала о нем лишь позже, когда я послал ей письмо с просьбой возглавить "Кармайогин" в мое отсутствие. Она согласилась и с того времени и до прекращения выхода газеты руководила ею: все редакционные статьи того периода принадлежат ей.
5. Я не водил свою жену к Шри Сарадешвари Деви для посвящения. Мне дали понять, что ее взяла туда Судхира Бос, сестра Дебабраты. Я узнал об этом спустя много времени в Пондишерри. Я был рад узнать, что она нашла такое духовное прибежище, но ко всему этому я не имел никакого отношения.
6. Я уехал в Чандернагор не по совету сестры Ниведиты. Ранее по другому поводу она предупредила меня, что правительство приняло решение о моей депортации и уговаривала меня покинуть Британскую Индию и вести работу за ее пределами. Но я ответил, что не считаю это необходимым и напишу нечто, что разрушит этот план. В этих обстоятельствах я написал от своего имени статью "Моя последняя воля и завещание". Позже Ниведита говорила мне, что статья сыграла свою роль, и правительство отказалось от идеи депортации. У нее не было другого случая повторить свой совет, да и я вряд ли бы к нему прислушался: она ничего не знала заранее об обстоятельствах, приведших к моему отъезду в Чандернагор.
7. Вот факты о моем отъезде. Я был в редакции "Кармайогин", когда мне сообщили, со слов высокого полицейского чина, что на следующий день в редакции будет обыск и меня арестуют. (Редакцию действительно обыскали, но ордер на мой арест предъявлен не был.) Я ничего не слышал о нем до тех пор, пока не было возбуждено дело против газеты, но к этому времени я уже отбыл из Чандернагора в Пондишерри. Слушая, как окружающие возбужденно обсуждали предстоящее событие, я внезапно получил приказ свыше, хорошо знакомым мне голосом, всего три слова: "Иди в Чандернагор". Через десять минут или около того я уже был в лодке, везущей меня в Чандернагор. Рамачандра Маджумдар проводил меня к пристани и кликнул лодку, я мгновенно влез в нее вместе с моим родственником Биреном Гхошем и Мони (Сурешчандрой Чакраварти), которые сопровождали меня в Чандернагор, не заезжая ни в Багбазар, ни куда-либо еще. Мы прибыли на место, когда было еще темно, а утром сопровождающие вернулись в Калькутту. Я продолжал прятаться, занятый садханой и активным сотрудничеством с двумя газетами, с того времени закрытыми. Впоследствии, при тех же "инструкциях капитану", я оставил Чандернагор и прибыл в Пондишерри 4 апреля 1910 г.
В объяснение могу добавить, что с момента, когда я оставил Леле в Бомбее по окончании сессии в Сурате, и после моего пребывания с ним в Бароде, Пуне и Бомбее, я взял за правило безоговорочно следовать внутреннему указанию и двигаться туда, куда направляет Божественное. Мое духовное совершенствование за год тюрьмы превратило это правило в непреложный закон существования. Этим объясняются мои немедленные действия во исполнение указания-адеша, которое я получил.
Вы можете сослаться на это письмо в качестве авторитетного обоснования ваших утверждений по этим вопросам, адресуясь к редактору "Удбодхан".
5 декабря 1944 г.

ЗАМЕЧАНИЯ ШРИ АУРОБИНДО К СТАТЬЕ ГИРИДЖИ ШАНКАРА

Сестра Ниведита была приглашена махараджей в Бароду в 1904 г., и Шри Ауробиндо беседовал с ней о Рамакришне и Вивекананде.
Не помню, была ли она приглашена, но думаю, что она приехала в качестве правительственного гостя. Кхасирао и я встречали ее на вокзале.
Не помню, чтобы Ниведита беседовала со мной на духовные темы или о Рамакришне и Вивекананде. Мы говорили о политике и других предметах. На пути от вокзала в город она громко возмущалась уродством здания Колледжа и его неустойчивым куполом, при этом восхищаясь соседней дхармашалой. Кхасирао изумленно глазел на нее, считая, что она, должно быть, слегка не в себе, если так думает. В то время я был сильно увлечен ее книгой "Мать Кали" и полагаю, что мы говорили о ней. Она сказала, что слышала, будто я являюсь поклонником Силы, подразумевая под этим, что я, подобно ей самой, принадлежу к тайной революционной партии. Я также присутствовал при ее беседе с махараджей, которому она предложила поддержать нелегальную революционную деятельность. Она заявила, что махараджа может поддерживать с ней связь через меня. Сайаджирао был слишком осторожен, чтобы вмешаться в столь опасное дело, и никогда не заговаривал со мной о нем. Это все, что я помню.
Когда полиция обыскивала дом Шри Ауробиндо в апреле 1908 г., в его комнате нашли землю Дакши-нешвары.
Землю принес мне молодой человек, связанный с Миссией Рамакришны, и я хранил ее. Она была в моей комнате, когда полиция явилась арестовать меня.
"Банде Матарам" начала выходить 7 августа 1908 г. Об Акционерном обществе было объявлено 18 октября 1908 г. Таким образом, с августа по октябрь 1906 г. Бепин Пал был редактором.
Бепин Пал начал издавать "Банде Матарам", имея всего 500 рупий, пожертвованных Харидасом Халдаром. Бепин обратился ко мне за помощью, и я взялся помочь. Я организовал в Калькутте неофициальную встречу молодых националистических лидеров, и они согласились признать "Банде Матарам" своей партийной газетой, а Субодх и Нирод Маллики оказали ей финансовую поддержку. Был представлен проект, и сформировано Акционерное общество, а пока газету финансировал Субодх. Бепин Пал, на стороне которого выступили Ч.Р.Дас и другие, остался редактором. Хемендра Прасал Гхош и Шьям Сундар вошли в редколлегию, но не сумели поладить с Бепином-бабу и опирались на помощь Малликов. В ноябре или декабре, скорее, в декабре я был очень болен, почти смертельно, и находился в доме тестя на Серпентайн-лейн, не зная, что происходит в редакции. Они же без моего согласия напечатали мое имя в качестве редактора. Но я довольно резко поговорил с секретарем, и мое имя было снято. Я также написал по этому поводу жесткое письмо Субодху. С того времени Бепин Пал уже не сотрудничал с "Банде Матарам". Некоторые считают, что он возобновил редактирование газеты после моего ареста по алипорскому делу. Я никогда об этом не слышал. После моего освобождения из тюрьмы Беджой Чаттерджи сказал, что он, Шьям Сундар и Хемендра Прасад кое-как справлялись с выпуском газеты, однако, добывать финансы стало невозможно, и Беджой намеренно написал статью, которая вынудила власти напасть на газету и запретить ее. Таким образом, "Банде Матарам" сумела скончаться с некоторым шумом и полным достоинством.
Заявления Гириджи Шанкара относительно Шри Ауробиндо нельзя принимать в чистом виде: они зачастую основаны на ложной или искаженной информации, неверно представляют факты или просто являются домыслами и слухами.

2
Шри Ауробиндо уполномочил меня7 опровергнуть перепечатку из "Хиндустан стандарт", опубликованную в 17-ом выпуске вашего издания, где утверждается, что Шри Ауробиндо посетил Шри Сарадамани Деви в день своего отъезда в Пондишерри (?) и получил от нее нечто вроде дикша. Некоторое время назад в калькуттском ежемесячнике была напечатана история о том, что в ночь отъезда в Чандернагор в феврале 1910 г. Шри Ауробиндо посетил ее в Багбазар Матхе, чтобы получить благословение: что сестра Ниведита и брахмачарин из Матха провожали его, и что он решился покинуть Британскую Индию по совету сестры Ниведиты. Все эти утверждения противоречат фактам и были опровергнуты в том же еженедельнике Шри Чаручандрой Даттом по поручению самого Шри Ауробиндо.
Отъезд Шри Ауробиндо в Чандернагор был результатом внезапного решения, продиктованного приказом свыше и исполненного быстро и в тайне, без чьего-либо совета. Из редакции "Дхармы" он отправился прямо на гхат: матх он не посещал, и никто его не провожал. Подозвали лодку, он сел в нее с двумя молодыми людьми и отправился к месту своего назначения. Его адрес в Чандернагоре сохранялся в тайне и был известен лишь Сриджуту Мотилалу Рою, который организовал его проживание в Чандернагоре, и еще нескольким лицам. Через день после отъезда он поставил в известность сестру Ниведиту и попросил ее редактировать "Кармайогин" вместо себя, на что она дала согласие. На пути из Чандернагора в Пондишерри Шри Ауробиндо остановился лишь на пару минут около Колледж-сквер забрать свой багаж у двоюродного брата и не виделся ни с кем, кроме британского санитарного инспектора, у которого получил медицинский сертификат для поездки. Затем он отправился на пароход "Dupleix" и на следующее утро был на пути в Пондишерри.
Следует добавить, что ни тогда, ни позже Шри Ауробиндо не получал никакого посвящения от Сарады Деви. Он вообще ни от кого не получал формального дикша. Он начал свою садхану в 1904 г. в Бароде по собственной инициативе, узнав от друга обычную формулу пранаямы. Впоследствии он воспользовался помощью йога из Махараштры, Вишну Бхаскара Леле, который научил его, как достичь полного молчания ума и неподвижности сознания в целом. Этому Шри Ауробиндо сумел научиться в три дня, достигнув длительных и явственных духовных осуществлений, открывших ему более широкие пути йоги. В конце концов, Леле велел ему полностью предаться в руки Божества внутри себя самого и поступать так, как велит Оно, и тогда отпадет нужда в чьем-либо руководстве, как Леле, так и кого-либо еще. Впредь это стало основой и принципом садханы Шри Ауробиндо. С того времени (с начала 1909 г.) и на протяжении многих лет интенсивного духовного опыта в Пондишерри он не испытывал духовного влияния извне.
Ноябрь, 1945
3
В своем ответе на статью Суреша Чакраварти8 мой старый приятель Рамачандра Маджумдар гордится тем, что на склоне лет сохранил столь крепкую память. И впрямь, память его настолько сильна, что он помнит не только реальные события, правда, весьма неточно, но и то, чего никогда не было. Его рассказ столь щедро пересыпан ошибками и преувеличениями, что мог бы послужить богатым материалом для литературной романтической биографии Шри Ауробиндо в современном стиле, однако другой ценностью не обладает. Жаль, что приходится топтать ногами этот изящный цветник, но историческая и биографическая правда предъявляет свои требования. Я исправляю лишь наиболее вопиющие ошибки этого рассказа.
Прежде всего, статья Суреша Чакраварти об отъезде в Чандернагор ограничивается констатацией неточных фактов и опровергает историю посещения Шри Сарады Деви во время поездки. Последнее теперь общепризнанно, поскольку приписываемое Шри Ауробиндо посещение перепутано с другим, произошедшим несколькими днями ранее. Могу сказать, что изложенные Сурешом факты были представлены Шри Ауробиндо, который подтвердил их истинность в целом и в частностях.
Но затем возникла еще одна история, полная путаницы и вымысла, которая служит примером того, как вместо правды рождается миф. Шри Ауробиндо никогда не говорил с сестрой Ниведитой о намерении властей возбудить против него дело в связи с убийством Шамсул Алама, поскольку никто и никогда не сообщал ему о подобном намерении. Сестра Ниведита никогда не советовала ему скрыться. То, что произошло на самом деле, не имело отношения к его отъезду в Чандернагор. А случилось вот что: значительно ранее и по другому поводу сестра Ниведита сообщила Шри Ауробиндо, что правительство собирается его депортировать, и посоветовала ему "не прятаться", а покинуть Британскую Индию и продолжать работу за ее пределами. Шри Ауробиндо не принял ее совета и ответил, что напишет открытое письмо, которое, по его замыслу, заставит правительство отказаться от этой идеи. Письмо появилось в "Кармайогине" под названием "Моя последняя воля и завещание". Впоследствии сестра Ниведита говорила, что письмо возымело желаемый эффект, и вопрос о депортации был снят.
Шри Ауробиндо не виделся с сестрой Ниведитой на пути в Чандернагор: это лишь отзвук ныне забытой истории о его визите в матх в Баранагаре, в связи с которой возникла версия, что Ниведита провожала его на пристани. Она ничего не знала о его отъезде в Чандернагор, пока позднее он не прислал ей письмо с просьбой редактировать "Кармайогин" в его отсутствие. Все произошло внезапно. Шри Ауробиндо, по его собственным словам, был в редакции "Кармайогина", когда узнал о предстоящем обыске и своем возможном аресте. Вдруг он получил адеша отправиться в Чандернагор и исполнил его тотчас же, не спрашивая чьего-либо совета и не ставя никого в известность, даже своих коллег и сотрудников. Все было сделано за 15 минут или около того, в полнейшей тайне и молчании. Рам Маджумдар проводил его к гхату: на небольшом расстоянии шли Суреш Чакраварти и Бирен Гхош. Наняли лодку, все трое быстро сели в нее и отплыли. Его пребывание в Чандернагоре, как и затем его отъезд в Пондишерри, держалось в тайне, которую знали всего несколько человек. Шри Ауробиндо не просил Рама Маджумдара найти место, где бы он мог скрыться, - на такие поиски не было времени. Он уехал без предупреждения, надеясь, что несколько друзей в Чандернагоре приютят его. Сначала Мотилал Рой принял его в своем доме, а затем устраивал в других местах, о чем знали очень немногие. Вот правдивый пересказ тех событий, по собственным словам Шри Ауробиндо.
Другая история, также являющаяся мифом, повествует о том, что Девабрата Бос и Шри Ауробиндо обратились с просьбой принять их в Миссию Рамакришны и что Девабрата был принят, а Шри Ауробиндо получил отказ от Свами Брахмананды. Шри Ауробиндо никогда не думал принимать саньясу или вступать в какой-то существующий орден саньяси. Следует знать, что он никогда не считал саньясу частью своей йоги. Он основал ашрам в Пондишерри, но его члены - не саньяси, они не носят желтых одеяний и не предаются аскетизму. Они - садхаки йоги жизни, основанной на духовной реализации. Такова была идея Шри Ауробиндо, и никак иначе. Он виделся со Свами Брахманандой лишь однажды, когда отправился на лодке в Белур Матх. Он разговаривал со Свами Брахманандой всего 15 минут, не касаясь духовных предметов. Свами был озабочен сообщением от властей и советовался с Шри Ауробиндо, нужно ли отвечать. Шри Ауробиндо сказал - нет, и Свами с ним согласился. Осмотрев матх, Шри Ауробиндо вернулся, и более ничего не произошло. Ни до того, ни после он не вступал в контакт со Свами Брахманандой ни письменно, ни иным путем. И никогда прямо или косвенно не просил о принятии его в орден.
Существуют намеки или утверждения о том, что Шри Ауробиндо в то время принял посвящение или просил о нем у разных лиц. Те, кто распространяет эти легенды, по-видимому, не знают, что в ту пору Шри Ауробиндо уже не был новичком в духовном опыте и не нуждался в каком-то посвящении или чьем-то духовном руководстве. Шри Ауробиндо уже полностью достиг двух из четырех реализаций, на которых зиждется его йога и духовная философия. Первую реализацию он обрел, занимаясь медитацией с йогом из Махараштры, Вишну Бхаскаром Леле, в январе 1908 г. в Бароде. Это было постижение безмолвного, пребывающего вне пространства и времени Брахмана, обретенное в результате полного и длительного покоя сознания и сопровождаемое всепроникающим чувством и пониманием абсолютной нереальности мира, хотя и это чувство исчезло после второй реализации, связанной с космическим сознанием и божественностью всего сущего. Вторая реализация произошла в алипорской тюрьме, он уже был на пути к двум другим реализациям: высшей Реальности, два аспекта которой - статический и динамический Брахман, и более высоких уровней сознания, ведущих к Сверхразуму. Более того, от Леле он усвоил, в качестве принципа своей садханы, всецело полагаться только на Божественное водительство, как в садхане, так и в своих видимых действиях. После этого он не мог ввериться какому-либо другому руководству и не нуждался ни в чьей помощи. В дей-ствительности Шри Ауробиндо никогда не получал посвящения от кого бы то ни было: он сам начал свою садхану, занимаясь пранаямой, и не обращался за помощью ни к кому, кроме Леле.
Следует отметить один или два менее важных пункта, чтобы показать, как мало можно доверять деталям рассказа Рамачандры. Его заявление об автоматическом письме - плод его воображения и на деле лишено каких-либо оснований. Шри Ауробиндо безоговорочно отрицает, что использовал автоматическое письмо для моральных или иных наставлений окружающим. В противном случае это означало бы обман или трюк, поскольку никакое письмо не является автоматическим, если продиктовано или руководствуется сознательным разумом писателя. Это письмо было как экспериментом, так и развлечением, и ничего более. Я могу рассказать об обстоятельствах, в которых впервые возникло это письмо. В Бароде Барин имел необычный опыт автоматического письма на блистательном английском языке, замечательный тем, что это письмо содержало некоторые предсказания, позднее сбывшиеся, и факты, также оказавшиеся верными, хотя люди, которых эти предсказания и факты касались, и все присутствовавшие о них не знали. Таковы, в частности, символическое предвидение последующего неожиданного отъезда лорда Керзона из Индии: первое подавление национального движения и замечательное поведение Тилака во время всеобщего смяте-ния. Последнее предсказание было дано в присутствии самого Тилака, посетившего Шри Ауробиндо в Бароде и, по совпадению, вошедшего в дом как раз тогда, когда создавалось это письмо. Шри Ауробиндо был потрясен, заинтригован и решил сам заняться таким письмом, чтобы выяснить, что стоит за всем этим. Таким образом он экспериментировал в Калькутте, но результаты его разочаровали, и после нескольких позднейших попыток в Пондишерри он окончательно бросил эти опыты. Он не придавал им столь большого значения, как, кажется, делает Рамачандра, поскольку его попытки не имели тех замечательных качеств, которыми обладали записи Барина. Окончательный вывод Шри Ауробиндо был таков: хотя подчас и возникают феномены, указывающие на вмешательство сил иного уровня, причем не всегда и не часто высшего, бóльшая часть подобных записей рождается драматизирующей стихией подсознания. Порой оказывается задет какой-то важный участок сублиминального, и тогда всплывают предсказания будущего и факты, известные из настоящего и прошлого. В других отношениях эти записи не имеют большой ценности. Хочу добавить, что детали, приводимые Рамачандрой, неверны, и никакого советчика по имени Тереза в природе не существовало, как и любого другого, хотя время от времени вмешивался некто, называвший себя Тераминис. Письмо получалось спонтанно, без помощи духа-наставника, на связь с которым претендуют некоторые медиумы.
Незначительный, но еще более странный миф представляет Шри Ауробиндо как поэта, сочинявшего на тамильском языке, причем, по-видимому, после всего нескольких дней изучения этого языка. Шри Ауробиндо не только не сочинял тамильской поэзии, но и не написал ни одной строчки тамильской прозы и не произнес ни фразы на этом языке. В течение одного-двух дней он слушал малабарского Наира, который читал и объяснял ему статьи из тамильской газеты: это было незадолго до его отъезда из Бенгалии. В Пондишерри он взялся за изучение тамильского, но не успел в нем продвинуться, так как его занятия были прерваны окончательным уходом в уединение.

О ВОПРОСЕ ШРИ АУРОБИНДО, СТАТЬ ЛИ КОРОЛЕМ

Рассказ Рамачандры изобилует опрометчивыми заявлениями и вымышленными деталями. Шриш Госвами указывал в своем письме, что астрологические заметки Шри Ауробиндо, о которых говорит Рамчандра, были обычными, малозначительными записями. Шри Ауробиндо писал их в Бароде, чтобы освежить в памяти предмет, изучаемый с целью понять, какая истина может содержаться в астрологии. У него не было намерения выступить в качестве астролога или автора на астрологические темы. Его заметки не составили книги, и никакое сочинение Шри Ауробиндо на эту тему не выходило в издательстве "Арья".
Неверно и то, что Мриналини Деви, жена Шри Ауробиндо, жила в доме К.К.Митры на Колледж-сквер; сам Шри Ауробиндо проживал там постоянно в период между алипорским процессом и отъездом во Французскую Индию. Но его жена всегда жила в семье Гириша Боса, директора Колледжа Бангабаси.
Нельзя понять смысл приписываемых Шри Ауробиндо слов о том, что он человек, "восходящий к человечности". Разве только предположить, что он был просто животным существом, восходящим к уровню мыслящего существа. Конечно, Шри Ауробиндо никогда не произносил столь трескучую и бессмысленную фразу. Если бы сказать "к Божественной Человечности", фраза могла бы иметь известный смысл, но все высказывание в целом звучит отнюдь не в стиле Шри Ауробиндо. Все, что Рамчандра вкладывает в уста Шри Ауробиндо, противоречит манере речи последнего, например приписываемые ему "шекспировские", в духе Полония, рекомендации Рамчандре перед отъездом в Чандернагор. Возможно, Шри Ауробиндо и приказал Рамчандре хранить молчание, не в таких цветистых выражениях.
Здесь следует поставить точку, ибо нет нужды разбирать все неточности и выдумки. Думаю, что и сказанного достаточно, чтобы продемонстрировать, что желающим знать правду о Шри Ауробиндо лучше не доверять рассказу Рамчандры. Если использовать заглавие Гете "Поэзия и правда", то в этом рассказе доля правды мала, а доля поэтического вымысла велика. Это как огромное количество пива по сравнению с чуточкой хлеба в счете Фальстафа из таверны. В сущности, это почти все.
1945
4
Я вынужден отметить, что отчет о событиях, полученный Х.9 и переданный ею на страницах 317-324, является вымыслом, не имеющим никакого отношения к действительности. Я провел в одиночке первую часть своего заключения в алипорской тюрьме и впоследствии, после убийства Норена Госсайна, весь срок до конца процесса, когда заключенные по алипорскому делу были помещены в одиночные камеры. Короткое время мы находились все вместе в одной камере. Нет ни капли правды в утверждении, будто я занимался медитацией в окружении других арестантов, читал им Гиту, а они распевали стихи, будто они задавали мне вопросы на духовные темы и получали от меня наставления, - все это чистый вымысел. До встречи в тюрьме я знал лишь нескольких из заключенных: садхану практиковали только те, кто был с Барином, и они бы обратились за помощью к нему, а не ко мне. В те дни я исполнял свою йогу, учась делать это среди шума и криков. Однако делал я это в стороне от других и молча, без всякого участия кого бы то ни было. Мои занятия йогой, начавшиеся в 1904 г., всегда носили личный и уединенный характер. Окружающие знали, что я садхак, и не более, поскольку я держал при себе все, что происходило во мне. Лишь выйдя из тюрьмы, я впервые публично заявил в Уттарпаре о своих духовных опытах. До приезда в Пондишерри я не хотел иметь учеников: с теми, кто сопровождал меня или присоединился ко мне в Пондишерри, меня сначала связывали скорее дружеские или товарищеские отношения, нежели те, что существуют между гуру и учениками. С этими людьми я сошелся на политической, а не на духовной почве. Только позднее постепенно стали укрепляться духовные связи, пока Мать не вернулась из Японии и не был основан или, скорее, основался в 1926 г. ашрам. Я занялся йогой в 1904 г. без всякого гуру; в 1908 г. мне оказал значительную помощь один маратхский йог, в результате чего я заложил основы своей садханы. Но с того времени и до приезда Матери в Индию я ни от кого не получал духовного руководства. Моя садхана на ранних этапах и позже основывалась не на книгах, а на личных опытах, переполняющих меня изнутри. В тюрьме со мной были Гита и Упанишады; я практиковал йогу Гиты и медитировал с помощью Упанишад, и это единственные книги, из которых я черпал руководство. Веды, которые я стал читать впоследствии в Пондишерри, скорее подтвердили уже имевшийся у меня опыт, нежели наставили меня в садхане. Я обращался за разъяснением к Гите, когда передо мной возникала проблема или трудность, и обычно получал помощь или ответ, но никаких событий, связанных с Гитой, о которых идет речь в книге, не было. Правда, в течение двух недель в тюрьме я постоянно слышал голос Вивекананды, говорившего со мной, и ощущал его присутствие в моей уединенной медитации. Однако это не имеет ничего общего с выдуманными обстоятельствами, о которых говорится в книге, - обстоятельствами, не имевшими места в действительности и никак не связанных с Гитой. Голос беседовал со мной на специальную и частную, но очень важную тему духовного опыта и смолк как только все, что следовало сказать по этому поводу, было сказано.
Теперь о моих отношениях с сестрой Ниведитой. Они ограничивались политической сферой. Духовности или духовных предметов эти отношения не касались, и я не помню, чтобы, будучи вместе, мы затрагивали эти темы. Однажды или дважды она проявила духовную сторону своей личности, но в разговоре с кем-то, кто пришел навестить ее, а я просто при этом присутствовал. Рассказ о том, что я провел с ней целые сутки, и обо всем, что тогда произошло между нами, - чистая выдумка и не содержит ни крупицы правды. Впервые я увидел сестру Ниведиту в Бароде, куда она приехала прочитать несколько лекций. Я встретил ее на вокзале и отвез в отведенный ей дом. Я также сопровождал ее на беседу с махараджей Бароды, которой она добивалась. Она слышала обо мне, как о человеке, "верящем в силу и поклоннике Кали", подразумевая под этим, что знает обо мне как о революционере. Я же знал о ней, поскольку прочитал и высоко оценил ее книгу "Мать Кали". В эти-то дни и возникла наша дружба. После того, как через нескольких эмиссаров я начал революционную работу в Бенгалии, я отправился туда сам посмотреть, как идут дела. Я нашел много маленьких революционных групп, недавно народившихся на свет, разрозненных и действующих без всякой связи друг с другом. Я пытался объединить их в одну организацию, во главе которой стояли адвокат П.Митра, лидер революционной Бенгалии, и центральный совет, в который входила сестра Ниведита. Под руководством П.Митры работа существенно расширилась и, в конце концов, объединила десятки тысяч молодых людей, а революционный дух, распространяемый газетой Барина "Югантар", всецело охватил молодое поколение. Но пока меня не было в Бароде, совет прекратил свое существование, поскольку было невозможно поддерживать согласие между всеми многочисленными группами. После этого у меня не было случая увидеться с Ниведитой, пока я не обосновался в Бенгалии в качестве директора Национального колледжа и главного автора редакции "Банде Матарам". К тому времени я стал одним из лидеров общественного движения, известного сначала как экстремизм, а позднее - как национализм. Но и это не давало мне возможности встречаться с ней за исключением одного или двух раз в Конгрессе, поскольку мы сотрудничали исключительно по нелегальной революционной работе. Я был занят своим делом, она - своим, и у нас не возникало поводов для каких-то консультаций или совместных решений в связи с руководством революционным движением. Позднее мне удавалось выкроить время и иногда навещать ее в Багбазаре.
В одно из таких посещений она сообщила мне, что власти решили депортировать меня, и выразила желание, чтобы я ушел в подполье или покинул Британскую Индию и работал за ее пределами, дабы моему делу не был нанесен ущерб. В то время ей ничто не угрожало: несмотря на свои политические взгляды, она поддерживала дружеские отношения с высшими правительственными чиновниками, и вопрос о ее аресте даже не возникал. Я ответил, что не считаю нужным принять ее предложение, поскольку собирался напечатать в "Кармайогине" открытое письмо, которое, по моему замыслу, воспрепятствовало бы действиям властей. Так я и сделал, и во время следующего моего визита она сказала, что этот ход увенчался успехом, и идея депортации отпала. Отъезд в Чандернагор произошел позже, и между двумя этими событиями, безнадежно перепутанными в книге, нет никакой связи. События, о которых говорится, не происходили в действительности. Вовсе не Гонен Махарадж предупредил меня об угрозе обыска и ареста, а молодой человек из редакции "Кармайогина" по имени Рамчандра Маджумдар, отцу которого стало известно, что через день-два в редакции будет обыск, и меня арестуют. По этому поводу ходило немало легенд: говорили даже, что против меня должны выдвинуть обвинение в соучастии в убийстве Шамсул Алама, видного сотрудника Департамента уголовных расследований, что сестра Ниведита послала предупредить меня, и мы обсудили, как следует поступить, в результате чего я и исчез. Я никогда не слышал об этом предполагаемом обвинении, не было и никакого обсуждения. Судебное преследование замышлялось, а затем и было возбуждено, только за подрывную деятельность. Сестра Ниведита ничего не знала об этих новых событиях, пока я не прибыл в Чандернагор. Я не заходил к ней в дом и не виделся с ней; абсолютно неверно и то, что они с Гоненом Махараджем пришли провожать меня на гхат. Времени предупредить ее у меня не было: я почти мгновенно получил приказ свыше отправляться в Чандернагор и через десять минут был уже на гхате. Наняли лодку, и с двумя молодыми людьми я отплыл в Чандернагор. Это была обычная лодка, плавающая по Гангу, с двумя гребцами на веслах, и все живописные детали о какой-то французской лодке и исчезающих огоньках являются чистой литературой. Я послал человека из редакции предупредить Ниведиту и попросить ее взять на себя редактирование "Кармайогина" в мое отсутствие. Она согласилась и с того времени до самого закрытия газеты полностью руководила ею. Я был поглощен садханой и не присылал материалов в газету; не печатались в ней и статьи за моей подписью. Вообще моя подпись не фигурировала в "Кармайогине" за исключением двух случаев, вторым из которых было неудавшееся обвинение. Никаких приготовлений по моему устройству в Чан-дернагоре в месте, выбранном Ниведитой, не происходило. Я уехал, не поставив никого в известность, и был принят Мотилалом Роем, который тайно устроил меня, и никто кроме него и еще нескольких друзей не знал, где я нахожусь. Ордер на арест был приостановлен, но через месяц или около того я прибег к маневру, чтобы вынудить полицию к открытым действиям. Выдали ордер, и в мое отсутствие началось судебное следствие против издателя, которое кончилось его оправданием в Верховном Суде. Я уже был на пути в Пондишерри, куда и прибыл 4 апреля. Там я также скрывался в доме уважаемого горожанина, пока не стало известно об оправдательном приговоре, после чего я раскрыл свое местонахождение во Французской Индии. Все это действительные факты, не оставляющие места до-мыслам, о которых говорится в книге. Хорошо, если бы вы передали мое изложение событий Х., чтобы она могла внести необходимые исправления или купюры в будущее издание и убрать всю неверную информацию, которая в противном случае способна значительно снизить ценность ее книги о Ниведите.*
13.09.1946


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Шри Ауробиндо "О себе" 1 и 2 часть
СообщениеДобавлено: 26 дек 2011, 18:35 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 10 дек 2007, 16:20
Сообщения: 4305
Откуда: Кострома
РАЗДЕЛ 2. НАЧАЛА ЙОГИ

РАННИЙ ОПЫТ

Х говорит, где-то написано, что вы пережили реализацию в 1890 г. Правда ли это?
Реализация в 1890 г.? Это не выглядит возможным. Было нечто в год моего отъезда из Англии, хотя я еще не занимался йогой и ничего не знал о ней. Не помню точно, когда, вероятно, в 1892-1893 гг. Ничего конкретного в 1890 г. я не припомню. Где он это прочел?
22.08.1936

ПРОБЛЕСК ДУХОВНЫЙ ВОЗМОЖНОСТЕЙ

Правда ли, что только те, кто до начала садханы имели ясное знание своих духовных возможностей, явленное им в определенном проблеске Божественной Милостью, способны не сворачивать со своего пути до самого конца? В то же время другие, не увидевшие такого проблеска, могут получить некоторый опыт, но не сумеют осуществить свою садхану.
По крайней мере, я не видел такого проблеска до начала садханы. Не скажу за других, возможно, они и видели. Но проблеск может усилить веру, не будучи в силах дать знание. Знание приходит в результате йоги, а не до нее.
Я повторяю: все, что нужно знать, это устремилась ли ваша душа к йоге или нет.
5.05.1933

Вы думаете, Будда, Конфуций или я родились с предвидением, что они или я изберут духовную жизнь? Пока человек обладает обыденным сознанием, он живет обыденной жизнью. Когда наступает пробуждение и приходит новое сознание, он оставляет эту жизнь, - никакой загадки здесь нет.
27.04.1936

ЕДИНСТВЕННО ВАЖНАЯ ВЕЩЬ

Не знаю, что сказал Х и в какой статье, у меня ее нет. Но если его мысль состоит в том, что никто не может успешно медитировать или осознавать нечто, пока не станет чист и совершенен, я не могу согласиться с ней, ибо это противоречит моему собственному опыту. Я сначала всегда достигал реализации через медитацию, в результате чего затем наступало очищение. Я видел многих, имевших важные, даже фундаментальные реализации, про кого не скажешь, что они обладали значительным внутренним развитием. Разве все те йоги, кто получал эффект от медитации и имел в своем внутреннем сознании значительные реализации, совершенны по натуре? Мне так не кажется. Я не могу поверить в абсолютные обобщения по этому вопросу, поскольку развитие духовного сознания - чрезвычайно обширное и сложное дело, где все может случиться. Единственно важная вещь - это внутренний зов и настойчивое желание всегда следовать этому зову, неважно сколько времени на это потребуется, каковы будут трудности и препятствия, ибо ничто иное не удовлетворит нашу душу.
Если бы абсолютная отдача, вера и прочее были необходимы для йоги с самого начала, никто бы не смог заниматься ею. Лично я бы не смог, если бы мне предъявлялись подобные требования.
8.03.1935

ПЕРВАЯ КОНКРЕТНАЯ РЕАЛИЗАЦИЯ

В более глубоком духовном смысле конкретная реализация делает постигнутое явлением более реальным, динамичным, непосредственно присутствующим в сознании, нежели какое-либо физическое явление. Подобная реализация личного Божества или надличного Брахмана, или своего "Я" обычно не приходит в начале садханы, или в первые годы, или даже в течение длительного времени. Оно приходит к очень немногим; ко мне - через 15 лет после первых опытов в Лондоне и через пять лет после начала занятий йогой. Я считаю, что это необычайно скоро, прямо со скоростью экспресса, хотя, безусловно, могут существовать и более быстрые достижения. Но ждать и требовать реализации как можно скорее - это, с точки зрения опытного йога или садхака, опрометчивое и ненормальное нетерпение. Большинство скажет, что медленное продвижение - это лучшее, на что можно надеяться в первые годы, и лишь когда личность подготовлена и полностью сосредоточена на Божественном, может прийти безусловный опыт.
Июнь, 1934

СОБСТВЕННЫЕ УСИЛИЯ И ДЕЙСТВИЕ МИЛОСТИ

Между прочим, что это за история о том, как я по четыре-пять часов в день в течение нескольких лет сосредотачивался, прежде чем на меня снизошло нечто? Такого никогда не было, если под сосредоточением понимать утомительную медитацию. Чем я действительно занимался, так это пранаямой по четыре-пять часов в день, а это совсем другое дело, и о каком потоке вы говорите? Поток поэзии нисходил на меня в процессе пранаямы, а не спустя несколько лет. Если речь идет о потоке опыта, он снизошел через несколько лет, но после того, как я надолго прервал пранаяму, не делал ничего и не знал, что делать или куда идти, поскольку все мои усилия терпели неудачу. И поток этот снизошел на меня не в результате многолетней концентрации, а до смешного просто, милостью того, кто в то время был моим гуру (хотя это не так, поскольку он и сам был смущен происшедшим), или милостью вечного Брахмана, а впоследствии - Махакали и Кришны. Так что не старайтесь склонить меня к доводам против Божественного: эта попытка абсолютно не возымеет действия.
22.01.1936

Какой прок в моих высказываниях, если вы намеренно искажаете смысл того, что я пишу? Я ясно заявил, что пранаяма не принесла мне никаких духовных реализаций. Я прекратил ее задолго до них. Переживание Брахмана пришло, когда я только нащупывал путь, совсем не занимаясь садханой и не пытаясь даже делать это, поскольку не знал, что предпринять, ибо все мои попытки терпели поражение. Затем в три дня я обрел опыт, который к большинству йогов приходит только в конце долгих занятий, обрел без всяких попыток и усилий, к удивлению Леле, пытавшегося научить меня совсем другому. Но мне не кажется, что вы способны это понять, поэтому я умолкаю.
24.01.1936

Почему не все раскрывалось во мне, как образы на картине и тому подобные вещи? Не все. Как я говорил вам, над многим мне приходилось упорно работать. Иначе не потребовалось бы стольких (тридцати) лет. В йоге нельзя сократить дорогу во всем. Мне пришлось работать над каждой проблемой, на каждом уровне сознания, чтобы разрешить первую и трансформировать второе, и в каждом случае я должен был принимать проклятые условия, как они есть, и честно трудиться, не уповая на чудо. Конечно, если сознание растет самопроизвольно, тогда все в порядке, все придет вместе с этим ростом, но нет: даже и в этом случае все получается как попало и наобум.
4.04.1935

Нет ничего особенного в том, что вы испытываете эти трудности; каждый садхак, вступающий на Путь, сталкивается с подобными препятствиями. Мне потребовалось 4 года внутренних усилий, чтобы найти настоящий Путь, даже при том, что божественная помощь все время пребывала со мной. И все-таки это, кажется, произошло случайно. Понадобилось еще 10 лет интенсивной йоги под высшим внутренним руководством, чтобы исследовать этот путь, и произошло это потому, что я усвоил и преодолел опыт своего и мирового прошлого, прежде чем смог обрести и обрел будущее.
5.05.1932

Я думаю, вы злоупотребляете моим выражением "случайно", игнорируя важную оговорку "кажется, произошло случайно". После четырех лет пранаямы и других занятий на свой страх и риск, не имея иных результатов, кроме окрепшего здоровья и выхода энергии, некоторых психических феноменов, сильного прилива поэтического творчества, некоторого обострения зрения (светящиеся узоры, фигуры и др.) в основном с открытыми глазами, я остановился и оказался в затруднительном положении. В этой ситуации я был вынужден встретиться с неизвестным мне человеком, ничем не прославленным бхактом, обладавшим хотя и ограниченным умом, но также и некоторым опытом и мобилизующей силой. Мы сели вместе, и я с абсолютной точностью стал следовать его инструкциям, ничуть не понимая, куда он ведет меня или куда я движусь сам. Первым результатом был ряд потрясающе сильных опытов и радикальные изменения в сознании, чего он сам не ожидал, поскольку все эти явления принадлежали к адвайта-веданте, а он был ее противником. Эти опыты противоречили и моим собственным идеям, поскольку в них я с изумительной остротой видел мир, как кинематографическую игру полых форм в безличной универсальности абсолютного Брахмана. В конце концов, внутренний голос повелел ему вручить меня Божественному внутри меня самого, приказав полностью починиться Его воле. Этого принципа или вернее властного начала я придерживался неуклонно и настойчиво, пока это начало вело меня сквозь все лабиринты непредсказуемого йогического развития, без всякой связи с каким-либо правилом или способом, догмой или шастрой и вне зависимости от того, куда я иду, где нахожусь в данную минуту и где окажусь в будущем. Бхакт же мало понимал, что делает, и, встретившись со мной через один-два месяца, был встревожен, пытался зачеркнуть все сделанное им же и говорил, что я подпал под власть дьявола, а не Божественного. Разве все это не подтверждает мою фразу "кажется, это произошло случайно"? По моему разумению, пути Бога не схожи с путями человеческого ума, нельзя судить о них, опираясь на наши представления, и предписывать Ему то, что Он якобы сделает или не сделает, ибо Бог знает лучше, чем мы. Если мы допускаем присутствие Божественного во всем, то, по-моему, и подлинный разум, и бхакти сходятся в едином требовании безоговорочной веры и подчинении. Я не вижу, как без этого может существовать авьябхичарини бхакти (целенаправленное поклонение).
Май, 1932

НЕДОСТАТКИ ЗЕМНЫХ ГУРУ

Вовсе не человеческие недостатки гуру могут оказаться препятствием на пути, когда есть душевная открытость, доверие и повиновение. Гуру - это проводник, или представитель, или проявление Божества, в зависимости от масштаба его личности и достижений, но кем бы он ни был, главное - это Божество, которое открывает человек, открываясь перед гуру. И если кое-что и зависит от силы проводника, то гораздо больше зависит от свойственной воспринимающему познанию позиции, элементу, который выступает на поверхности ума как простое доверие или прямая безоговорочная преданность. И когда это происходит, можно почерпнуть самое важное даже у того гуру, кто кажется всем, кроме ученика, незначительным духовным источником. Остальное же вырастет в садхаке само, по Божественной Милости, пусть даже гуру как человек не способен дать ему этого. По-видимому, так с самого начала произошло с Х. Но в наши дни в большинстве случаев позиция сознания формируется с трудом, после многих колебаний, отсрочек и усилий. В моем случае я обязан первым решающим поворотом в моей внутренней жизни человеку, который бесконечно уступал мне в отношении интеллекта, образования и способностей и отнюдь не был совершенным духовно и возвышенным. Но, увидев за ним Силу и решив обратиться к ее помощи, я полностью предался в его руки и с автома-тической покорностью следовал его наставлениям. Он и сам был удивлен и говорил, что ранее никогда не встречал ученика, способного к столь полному повиновению, без оговорок или сомнений в действиях наставника. Результатом стал ряд радикальных трансформирующих опытов, за которыми гуру не мог уследить и потому велел мне в будущем довериться Водителю внутри меня самого с тем же безоговорочным послушанием, какое я выказал человеку-проводнику. Я привел этот пример, чтобы показать, как работает подобный механизм. Человеческий разум желает действовать не по расчету, но по более таинственным и великим законам.
23.03.1932

ОПЫТ АДВАЙТИСТСКОГО "Я"

Я читал, что вы недавно писали Х о том, как пережили опыт Самости. Мне кажется почти недос-тупным для понимания, как такое может произойти!
Ничего не поделаешь, это произошло. Ум, управляемый канонами рационального и возможного, не приводит к духовной жизни и опытам.
Но могли бы вы описать, каков этот опыт? Не был ли он случайно похож на тот, о котором вы говорили в вашей речи в Уттарпаре, на переживание Васудевы?
Какая путаница! Причем тут Васудева? Васудева - имя Кришны, и в Уттарпаре, представьте себе, я говорил о Кришне.
Под "Я", как мне кажется, вы имеете в виду индивидуальное "Я"?
О Боже, нет! Я имел в виду Самость, сэр. "Я" адвайты, веданты, Шанкары. Атман, Атман! То, о чем я ничего не знал, чего никогда не просил и не понимал.
Но разве вы не начали занятия йогой позже, в Гуджерате?
Да. Но возникло это в Лондоне, пустило ростки в момент, когда я ступил ногой на индийскую землю в порту Аполло Бандар, и расцвело в первый год пребывания в Бароде, когда я чудом не попал в железнодорожную катастрофу. Достаточно ясно?
31.10.1935

РЕАЛИЗАЦИЯ "Я" И ЛЮБОВЬ К БОЖЕСТВУ

Не думаете ли вы, что осуществление "Я" помогало вам в критические моменты, поддерживало в вас веру и любовь?
Это не имеет ничего общего с любовью. Осуществление "Я" и любовь к личному Божеству - разные вещи.
Моя борьба никогда не касалась "Я", и все это совершенно не связано с любовью бхакта к Божеству.
Но вас должны были поддерживать сладостные воспоминания о переживании "Я".
Ничего сладостного в этом не было. И у меня не было нужды хранить воспоминания об этом опыте, потому что он пребывал со мной месяцы и годы, да и сейчас присутствует, хотя и соединившись с другими реализациями. Речь идет о том, что есть сотни бхактов, любящих и взыскующих без всякого конкретного опыта, имея только поддерживающую их ментальную концепцию эмоциональной веры в Божество. Дело в том, что неверно говорить, будто прежде чем сможешь испытать любовь к Божеству, необходимо пережить конкретный опыт. Это противоречит фактам, причем вполне обычным фактам духовного опыта.
14.03.1936

ОПЫТ НИРВАНЫ

Я никогда не говорил, что все в жизни гармонично. Как раз наоборот, для человеческого сознания как такового гармония недостижима. Я всегда вам повторял, что человеческое сознание несовершенно и просто беспомощно - вот почему я борюсь за достижение более высокого сознания и восстановление нарушенного равновесия. Я не хочу здесь излагать вам нирвану (на бумаге), потому что она ведет к гармонии только в общении со мной. Я рад, что вы обратились к безмолвию, даже для нирваны оно не бесполезно, - для меня это был первый позитивный духовный опыт, который сделал возможным все остальное в садхане. Но что касается пути к обретению подобных вещей, я не знаю, вполне ли готов ваш ум продолжать его. В действительности, существует несколько путей. Мой собственный - в отказе от мысли. "Сядь, - было сказано мне, - оглядись и увидишь, как твои мысли приходят к тебе извне, прежде чем они явятся, отбрось их". Я сел, осмотрелся и, к своему удивлению, увидел, что это так. Я явственно ощущал, как мысль приближается, словно входит в голову сверху или насквозь, и мне удалось оттолкнуть ее до того, как она проникла внутрь.
Через три дня (на самом деле, через один) мой ум заполнился безмолвием вечности, оно и теперь царит там. Но я не знаю, многие ли способны на такое. Один человек (не ученик, у меня не было в ту пору учеников) спросил меня, как заниматься йогой. Я ответил: "Сначала заставь умолкнуть свой ум". Он так и сделал, и его ум стал безмолвным и пустым. Тогда он кинулся ко мне с криком: "В моем мозгу нет ни одной мысли. Я не в силах думать. Я становлюсь идиотом". Он даже не остановился, чтобы посмотреть, откуда идут мысли, которые он выражает словами! И не понял, что тот, кто уже является идиотом, не может стать им. Тем не менее, в те дни я не обладал терпением и бросил его, позволив ему лишиться чудом обретенного молчания ума.
Обычный путь, наиболее простой, если он вообще под силу человеку, это призвать молчание свыше в свой мозг, ум и тело.

СВОБОДА И ВЛАСТЬ УМА

Всем развитым мыслящим людям, кто превосходит средний уровень, приходится так или иначе, хотя бы в некоторые периоды или по некоторым поводам, разделять свой ум на две части: активную, являющуюся фабрикой мыслей, и молчаливую и властную, которая есть одновременно Свидетель и Воля, та, что наблюдает, судит, отвергает, устраняет, принимает, диктует поправки и перемены, - Повелитель в Обители Ума, сам правящий собой, самраджья.
Йог идет еще дальше: он не только обладает этой властью, но и способен уйти от мысли, встать над ней или в стороне от нее и быть свободным. Образ фабрики мыслей на него более не действует, ибо он видит, что мысли приходят извне, из универсального Ума или универсальной Природы, иногда сформированными и отчетливыми, иногда бесформенными, и тогда облекаются в форму где-то внутри нас. Главная задача нашего ума - ответить приятием или отказом на эти мысленные волны (как и на витальные волны, волны тонкой физической энергии) или придать индивидуально-ментальную форму мыслительному материалу (или витальным движениям), идущему от окружающих нас природных сил. Я в большом долгу у Леле за то, что он показал мне это. "Сядь и медитируй, - сказал он, - но не думай, лишь созерцай свой ум. Ты увидишь, как мысли входят в него. Прежде чем они проникнут внутрь, отгони их прочь, ибо твой ум способен к полному молчанию". Ранее я никогда не слыхал, что можно воочию увидеть, как мысли входят в мозг извне, но мне и в голову не пришло усомниться в истинности или возможности этого. Я просто сел и сделал, как было сказано. В одно мгновенье мой ум затих, как воздух на высокой горной вершине в безветрие, и затем я увидел одну мысль, за ней другую, явственно приближающиеся ко мне. Я отбросил их прочь, прежде чем они проникли в меня, овладел своим мозгом и через три дня стал свободен. В принципе с того момента ментальное существо во мне стало свободным Интеллектом, универсальным Умом, не ограниченным узким кругом индивидуальных мыслей, как рабочий на фабрике мысли, но приемником знания из сотен сфер бытия, свободным выбирать, что захочется, в этой обширной империи видения и мысли. Я говорю это, только чтобы под-черкнуть, что возможности ментального существа не ограничены, и оно способно стать свободным Свидетелем и Повелителем в своем собственном обиталище. Нельзя сказать, что всякий может сделать это так, как сделал я, с той же быстротой убедительного движения (поскольку для последних, окончательных достижений этой новой, ничем не сдерживаемой ментальной энергии потребовалось время, много лет), однако поступательное движение к свободе и власти над собственным умом вполне доступно каждому, кто имеет веру и волю достичь этого.
5.08.1932

МОЛЧАНИЕ УМА В РЕЗУЛЬТАТЕ НИСХОЖДЕНИЯ БЕЗМОЛВИЯ

Мне нечего возразить на комментарий профессора Сорли по поводу спокойного, просветленного и ясного ума, поскольку он точно указывает на процесс готовности этого ума к отражению высшей Истины на своей нетронутой поверхности или в своей субстанции. Только одно, вероятно, следует иметь в виду: полное безмолвие ума - обязательное условие, непременное требование, но для его достижения существует не один путь. Например, этого можно достичь не только усилием самого ума очиститься от навязчивых эмоций или страстей, от собственных характерных вибраций, от замутняющих испарений физической инерции, которые вовлекают ум в сон или в апатию вместо бдительного безмолвия, ибо все это только обычный процесс на йогическом пути познания. Безмолвие ума может возникнуть и в результате нисхождения свыше великого духовного безмолвия, вселяющего тишину в ум и сердце, в жизненные стимулы и физические рефлексы. Внезапное нисхождение такого рода или ряд нисхождений, аккумулирующих их силу и действенность, - это хорошо известный феномен духовного опыта. Или, опять-таки, можно начать этот процесс с целью, в норме предполагающей длительные усилия, и быть захваченным, даже на самом раннем этапе, мгновенным вмешательством или явлением Безмолвия, эффект которого несоизмерим со средствами, использованными в начале. Человек выбирает метод, но вся работа осуществляется по Милости свыше. Оттуда, куда мы стремимся, в прорыв бесконечности Духа. Вот этим последним путем я пришел к абсолютному безмолвию ума, которое я не мог вообразить, прежде чем пережил в действительности.

РЕАЛЬНАЯ ТРУДНОСТЬ1

У Шри Ауробиндо нет возражений по поводу комментария Хаксли, с которым он полностью согласен. Но из фразы "его высот мы всегда сумеем достичь" очевидно, что "мы" относится не ко всему человечеству, а к тем, кто значительно продвинулся в своей духовной жизни. Вероятно, Шри Ауробиндо думал о своем собственном опыте. После трех лет духовных усилий с незначительными результатами он узнал от некого йога способ достичь молчания ума. В два или три дня он полностью овладел им, следуя продемонстрированному методу. Это было абсолютное безмолвие ума, свобода от мыслей, чувств и обыденных движений сознания, кроме восприятия и узнавания окружающих вещей, не сопровождаемых какими-либо концепциями и иными реакциями. Ощущение эго исчезло, и все обычные проявления жизни, включая речь и поступки, осуществлялись как некая привычная деятельность Пракрити, без ощущения ее принадлежности самому себе. Однако сохранившемуся восприятию все происходящее казалось совершенно нереальным, и это чувство нереальности было всепроникающим и универсальным.
Как подлинная воспринималась только некая трудно определяемая Реальность вне времени и пространства, не связанная с какой-либо космической деятельностью, но присутствующая везде, куда ни глянь. Это состояние сохранялось неизменным в течение нескольких месяцев, и даже когда ощущение нереальности исчезло и вернулась сопричастность к земному сознанию, внутренний мир и свобода, возникающие в результате этой реализации, постоянно возникали за всеми поверхностными движениями, а сокровенная сущность осуществления не была утеряна. В то время произошло вмешательство: нечто отдельное от самого Шри Ауробиндо приняло на себя его динамическую активность, говоря и действуя через него, но без его индивидуальной мысли или инициативы. Что это было, оставалось неизвестным, пока Шри Ауробиндо не осознал динамический аспект Брахмана, Ишвару, и не почувствовал, что движим ею во всей своей садхане и действиях. Эти и другие последовавшие за ними реализации "Я" во всем, всего в "Я" и всего как "Я", Божества во всем и всего в Божестве, суть те высоты, которых, как говорит Шри Ауробиндо, "мы всегда сумеем достичь", поскольку для него они не составляют трудности, требующей времени или упорства. Единственная реальная трудность, на преодоление которой ушли десятилетия духовных усилий, состояла в том, чтобы применить духовное знание к миру и к поверхностной психологической и внешней жизни, а затем осуществить эту трансформацию как на высших уровнях Природы, так и на обыденных ментальных, витальных и физических уровнях, вниз - к подсознанию и первичному бессознательному и вверх - к высшей Истине-Сознанию, или Сверхразуму, единственно в котором динамическая трансформация может быть совершенно полной и абсолютной.
4.11.1946

ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ КОНСТАТАЦИЯ ДУХОВНОГО ОПЫТА

Не думаю, однако, что утверждения относительно того, что выходит за рамки интеллекта, обязательно включают в себя дефиниции в терминах интеллекта. Ведь в основном речь идет не о выражении идей, достигнутых посредством умозрительного мышления. Необходимо через опыт и сознание достичь духовного знания, которое непосредственно возникает из этого опыта, кроется или содержится в нем. Такого рода знание, в сущности, и является сознанием, а не мыслью или сформулированной идеей. Например, мой первый крупный опыт, радикальный и потрясающий, хотя и, как оказалось, не последний и не исчерпывающий, пришел вслед и в результате выключения и смолкания всех мыслей. Сначала возникло то, что можно назвать духовно-реальным или конкретным сознанием безмолвия и тишины, затем появилось ощущение некой единственной верховной Реальности, в присутствии которой все явления существовали только как формы, но формы, отнюдь не вещественные, не реальные и не конкретные. Однако все это было очевидным духовному восприятию и сущностному безличному чувству, хотя то не была концепция или идея реальности или нереальности, или какое-либо иное понятие, поскольку все концепции и идеи утихли, или скорее полностью от-сутствовали в абсолютном безмолвии. Понимание всего этого шло непосредственно через чистое сознание, а не через ум, отчего и не было необходимости в концепциях, словах или именах. В то же время такой фундаментальный характер духовного опыта не налагает строгих ограничений; он дей-ствует без участия мысли, но может также включать в себя мысль. Конечно, первым побуждением ума будет прибегнуть к мысли, чтобы сразу же возвратиться во владения интеллекта, - такое возможно в начале и на протяжении длительного времени, но мой опыт учит, что этого можно избежать. Это случается, когда человек пытается интеллектуально констатировать то, что пережил. Но есть и другой тип мысли, истекающей словно из "тела" или формы опыта или содержащегося в нем сознания (или из части этого сознания), и этот тип не кажется мне интеллектуальным по характеру. У него иной свет, иная в нем энергия, - это смысл внутри смысла. Это относится в первую очередь к мыслям, которые не нуждаются в словесном облачении, к мыслям, способным прямо прозревать сознание, даже некий сокровенный смысл, или самовыражаться в точных фразах (надеюсь, это звучит не слишком мистически и непонятно). Можно сказать, что если мысли прямо облекаются в слова, они принадлежат царству интеллекта, ибо слова - порождение интеллекта. Но так ли это и насколько неизбежно? Мне всегда казалось, что происхождение слов не связано с мыслящим умом, хотя последний берет власть над ними, пользуется ими, как хочет, и свободно тиражирует в своих целях. Но даже если это не так, разве невозможно использовать слова для выражения чего-то не интеллектуального? Гусман утверждает, что поэзия до конца поэтична, только если не интеллектуальна, а бессмысленна. Это звучит слишком парадоксально, но, по-моему, он имеет в виду, что если поэзию подвергнуть строгому испытанию на интеллект, она покажется экстравагантной, поскольку передает нечто реальное для отчасти иного вида зрения, чем тот, который доносит нам интеллектуальную мысль. Нельзя ли предположить, что слова могут истекать, а язык выражать - хотя бы до известной степени и определенным образом - сверхинтеллектуальное сознание, которое является существенной силой духовного опыта? Это, однако, попутное замечание; другое дело, когда пытаются объяснить духовный опыт самому интеллекту.
14.01.1934

БЕЗМОЛВИЕ И ДЕЙСТВИЕ

С 1908 г., когда я обрел безмолвие, я никогда не думаю головой, или мозгом, - мысли всегда возникают в пространстве, как правило, над моей головой.
17.10.1933


САМООСУЩЕСТВЛЕНИЕ И ОЩУЩЕНИЕ ТЕЛА

В состоянии самоосуществления почти исчезает чувство тела. Я не знаю, что тело делает, что вмещает и даже где оно лежит.
Это обычное дело. Я в течение многих лет не ощущал своего тела.
15.10.1934

ЙОГИЧЕСКИЙ ОПЫТ И ВОЗРАЖЕНИЯ НАУКИ

Услышанные вами колокола и др., упомянутые в связи с недавним опытом, давным-давно, еще со времен Упанишад, причислялись к знакам, сопровождающим готовность к более высокому сознанию - брахманьябхивьяктикарани йоге. Если я точно припоминаю, увиденные вами вспышки относятся туда же. Этот факт постоянно отмечается в йогической литературе. На раннем этапе садханы я сотни раз имел такой опыт. Так что, как видите, здесь вы находитесь в весьма уважаемой компании и не должны беспокоиться о возражениях физической науки.
13.03.1931


Вы спрашиваете, придется ли вам отказаться от своей склонности подвергать все проверке до принятия и принять все в йоге a priori, а под проверкой вы имеете в виду проверку с точки зрения здравого смысла. Единственный ответ, который я могу дать, состоит в том, что опыты йоги принадлежат к внутренней сфере и действуют по собственным законам, имеют свой метод восприятия, свои критерии и все остальное, что не входит в область ни физических чувств, ни рационального или научного исследования. Подобно тому, как научное исследование движется за пределы данных физических чувств и вступает в сферу бесконечно больших и бесконечно меньших величин, о которых чувства не могут судить, поскольку никто не в силах видеть или осязать электрон или на основании свидетельств чувственного ума сделать вывод о том, существует электрон или нет, или решить по тем же свидетельствам, что земля действительно вращается вокруг солнца, а не солнце вокруг земли, как нам ежедневно подсказывают наши чувства и весь физических опыт, - так и духовный поиск движется за пределы сферы научного или рационального анализа, и невозможно средствами обычного здравого рассудка проверить факты духовного опыта и выяснить, существуют или нет подобные явления, каковы их законы и природа. Как и в науке, здесь вы должны накапливать опыт за опытом, с доверием следуя методам, заложенным гуру или системами прошлого; вам надо развить интуитивную проница-тельность, которая сопоставляет разные опыты, видит, что они означают, в какой области и насколько действителен каждый из них, каково место каждого опыта в целом, как может он согласовываться и соответствовать другим опытам, которые, на первый взгляд, кажутся противоречащими ему и т.д., пока вы не научитесь двигаться с уверенным знанием в обширной сфере духовных феноменов. Это единственный путь проверки духовного опыта. Я сам пробовал другой метод и нашел его абсолютно непригодным и недейственным. С другой стороны, если вы не готовы пройти через все это самостоятельно, что могут не многие, за исключением обладающих выдающимся духовным складом, вам нужно действовать под руководством Учителя, как и в науке, вы следуете за преподавателем вместо того, чтобы самому проходить все области науки с ее экспериментами, хотя бы до тех пор, пока вы не накопите достаточно знаний и опыта. Если это и есть принимать нечто a priori, значит, вы должны принять нечто a priori. Ибо я не вижу, какую обоснованную проверку вы предполагаете, чтобы средствами здравого смысла судить о том, что выше него самого.
Вы цитируете высказывания Х и Y. Прежде чем определить им цену, я хотел бы знать, что они в действительности сделали для проверки своих духовных восприятий и опытов. Как Х подверг проверке свои духовные переживания? Некоторые из них, с точки зрения обыденного здравого смысла, заслуживают не больше доверия, чем чудеса, приписываемые некоторым знаменитым йогам. Я ничего не знаю об Y, но каковы были его проверки и как он применял их? Каковы были его методы, его критерии? Мне кажется, что при любой проверке никакой здравый смысл не сочтет появление Будды из стены или его получасовую беседу с Хайягривой действительными фактами. Можно лишь принять это a priori или на основании единственного свидетельства Х, что одно и то же, или опровергнуть также a priori, как галлюцинации и простые мыслительные образы, сопровождаемые в одном случае слуховой галлюцинацией. Я отказываюсь понимать, как можно это "проверить". Или как мне следовало подвергнуть испытанию здравым смыслом мой опыт нирваны? К какому заключению об этом опыте привел бы меня обычный здравый смысл? Как я мог проверить его обоснованность? Я теряюсь в догадках. Я поступил единственно возможным образом: принял это за безусловную и обоснованную истину опыта; пусть она ведет свою игру и дает основанные на опыте результаты, пока у меня не будет достаточно йогического знания, чтобы поставить ее на место. Наконец, не обладая внутренним знанием или опытом, как можете вы или кто-то иной проверить внутреннее знание и опыт других?
18.11.1934


Последний раз редактировалось Ник. А. 26 дек 2011, 18:38, всего редактировалось 1 раз.

Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Шри Ауробиндо "О себе" 1 и 2 часть
СообщениеДобавлено: 26 дек 2011, 18:37 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 10 дек 2007, 16:20
Сообщения: 4305
Откуда: Кострома
Примечания:
1 Программа этой организации сначала включала сварадж, свадеши и бойкот, - "сварадж" в смысле полной независимости. слово "сварадж" впервые было использовано бенгальско-маратхским публицистом Сакхарамом Ганешем Деускаром, автором "Дешер Катха", книги, вобравшей в себя всю информацию об экономическом порабощении Индии, имевшей огромное влияние на молодых бенгальцев и способствовавшей их обращению в революционеров. "Сварадж" был принят за идеал революционной партии и пропагандировался бенгальской газетой "Сандхья", которую редактировал Брахмабандхаб Упандхьяя. Термин был подхвачен Дадабхаи Наороджи на калькуттской сессии Конгресса в смысле "колониальное самоуправление", но недолго сохранял такое сниженное значение. Шри Ауробиндо первым предложил в качестве эквивалента "свараджу" английское слово "независимость" и постоянно повторял в "Банде Матарам", что сварадж является одной из неотложных целей индийской политики.
2 В речи Вивекананды "Миссия Веданты", произнесенной в Кумбхаконаме.
3 См. главу VIII, где приведены телеграммы и письма, упомянутые здесь.

4 Частично эта заметка с небольшими изменениями включена в предшествующий общий очерк политической жизни Шри Ауробиндо.
5 Шри Ауробиндо принял бы двоевластие в качестве политического шага, если бы оно находилось под действительным контролем. Еще до введения провинциальной автономии он почувствовал реальные перемены в поведении британцев; он принял декларацию Криппса как дальнейшее развитие этих перемен, завершение которых стало кульминацией в новой политике правительства лейбористов.
6 Гириджа Шанкар Рой Чоудхри, бенгальский литературный критик, написал серию статей о Шри Ауробиндо в бенгальской журнале "Удбодхан". Один номер (ашадх 1351, или июнь 1944 г.) в особенности содержал много неверных утверждений. Отрывки из этой статьи были представлены Шри Ауробиндо для проверки покойным Ч.Ч.Даттом. Настоящее письмо - ответ Шри Ауробиндо, содержащий действительные факты по этому вопросу. Шри Ауробиндо также продиктовал несколько заметок, исправляя касающиеся его неверные утверждения из статьи Гириджи Шанкара. Эти заметки вместе с неверными утверждениями (выделенными курсивом) помещены после письма.
7 "Санди Таймс", мадрасский еженедельник, перепечатал в своем номере от 17 июня 1945 г. информацию из "Хиндустан Стандарт", где говорится, что перед отъездом в Чандернагор Шри Ауробиндо получил посвящение от Шри Сарады Деви, жены Шри Рамакришны. Эта история не имела под собой никаких оснований и была опровергнута настоящим заявлением, напечатанным в номере "Санди Таймс" от 24 июня. Заявление было подписано секретарем ашрама, но продиктовано самим Шри Ауробиндо.
8 Суреш Чандра Чакраварти, ученик Шри Ауробиндо, напечатал о нем статью в бенгальском журнале "Прабаси" (байсакх 1352, или апрель 1945 г.). Рамчандра Маджумдар, работавший в редакции "Кармайогина", написал на нее ответ, опровергая то, что казалось ему неверным в статье С.Чакраварти. Ответ Маджумдара не только обнаружил его плохую память, но и содержал ряд всецело вымышленных эпизодов. Настоящая заметка была продиктована Шри Ауробиндо с целью исправить неверные и вымышленные утверждения Маджумдара. Она была переведена на бенгальский Нолини Канта Гуптой, который в свою очередь опубликовал статью (в "Прабаси" и "Бартика"), по сути являющуюся переводом на бенгальский заметки Шри Ауробиндо.
9 Француженка, интересовавшаяся индийской духовностью, опубликовала на французском языке книгу о жизни сестры Ниведиты "Ниведита, дочь Индии", в которой привела некоторые факты о Шри Ауробиндо и его отношениях с сестрой Ниведитой. Эти факты были предоставлены Шри Ауробиндо его французским учеником, которому и адресован настоящий ответ.
*
1 Эти заметки продиктованы Шри Ауробиндо по поводу фразы "его высот мы всегда сумеем достичь" из нижеследующего отрывка из "Божественной Жизни", который цитирует Олдос Хаксли в своей книге "Вечная философия" (Chatto and Windus, London, 1946), с.74:
"Прикосновение к Земле всегда придает силы сыну Земли, даже если он ищет сверхфизического Знания. Вернее, овладеть сверхфизическим во всей его полноте - его высот мы всегда сумеем достичь - можно, когда мы прочно стоим ногами на физическом. "Земля есть Его опора, - говорят Упанишады всякий раз, когда создают образ "Я", проявляющегося во вселенной".
"Божественная Жизнь"
(Юбилейное издание, 1972, гл.2, с.11)


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Шри Ауробиндо "О себе" 1 и 2 часть
СообщениеДобавлено: 16 июл 2012, 06:15 
Не в сети

Зарегистрирован: 26 апр 2012, 12:28
Сообщения: 1693
Откуда: Челябинск
я как то задумался о том какое следующее воплощение должно быть у Ауробиндо и вот к каким выводам я пришел . у Ауробиндо должны быть наилучшим образом настроены условия для основной работы трансформации тела и кармичиским продолжением его прежней жизни . получается он должен родиться не в слишком богатой и не слишком бедной семье , скорее будет интраверт не любитель шумных компаний . в молодости у него наверняка будут серьезные психологические трудности . в лет 12-15 должен будет прийдти к интегральной йоге . сначала для того чтобы разрешить свои психологические проблемы , потом скорей всего поймет что это дело всей его жизни . родиться он может скорей всего , или в китае или в россии ,никак не на западе и скорей всего ни в индии .
родиться должен где то между 1980-2000 годами .

_________________
будущее рождается одним взглядом


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Шри Ауробиндо "О себе" 1 и 2 часть
СообщениеДобавлено: 16 июл 2012, 06:16 
Не в сети

Зарегистрирован: 26 апр 2012, 12:28
Сообщения: 1693
Откуда: Челябинск
на каждый пункт есть своя аргументация

_________________
будущее рождается одним взглядом


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Шри Ауробиндо "О себе" 1 и 2 часть
СообщениеДобавлено: 16 июл 2012, 18:19 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 03 мар 2010, 10:14
Сообщения: 3900
Откуда: Москва
что гадать? если сам он сказал, что вернется только в первом супраментальном теле.

_________________
Древо Знания в Раю сердца самого человека становится Древом Жизни Вечной


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Шри Ауробиндо "О себе" 1 и 2 часть
СообщениеДобавлено: 18 июл 2012, 10:04 
Не в сети

Зарегистрирован: 26 апр 2012, 12:28
Сообщения: 1693
Откуда: Челябинск
со слов Матери для работы нужно "родиться не в слишком богатой и не слишком бедной семье ". так как должна быть сосредоточенность на внутреннем существе , то " скорее будет интраверт не любитель шумных компаний " . Мать порожали те сущности которые преследовали Ауробиндо , пока сама не столкнулась с работой в теле и к тому ж
Ауробиндо не без основания считал , что тех кого любит бог он им посылает особые трудности , поэтому "в молодости у него наверняка будут серьезные психологические трудности " . в переходный период происходит становление личности и потому " лет 12-15 должен будет прийдти к интегральной йоге . сначала для того чтобы разрешить свои психологические проблемы" , должен почувствовать особый вкус к этому делу "скорей всего поймет что это дело всей его жизни " это чисто интуиция" родиться он может скорей всего , или в китае или в россии ,никак не на западе и скорей всего ни в индии ." так как " сам он сказал, что вернется только в первом супраментальном теле." и по другим источникам духовное возрождение наступит в 50 годах этого века то "родиться должен где то между 1980-2000 годами "
вот так в соответствии с законами кармы и интуиции можно просчитать будущее рождение

_________________
будущее рождается одним взглядом


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Шри Ауробиндо "О себе" 1 и 2 часть
СообщениеДобавлено: 18 июл 2012, 13:49 
Не в сети

Зарегистрирован: 22 дек 2011, 09:37
Сообщения: 592
Откуда: Донецк
...про Китай, Россию и логичность следующего рождения Ауробиндо очень познавательно. Особенно про калькулятор кармы. Санкаршан, о законах кармы и интуиции сможешь рассказать подробнее?


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 115 ]  На страницу 1, 2, 3, 4, 5 ... 12  След.

Имя пользователя:
Заголовок:
Текст сообщения:
 

Настройки:
BBCode ВЫКЛЮЧЕН
Не преобразовывать адреса URL в ссылки
Подтверждение отправки
Для предотвращения автоматического размещения сообщений, на этой конференции необходимо ввести код подтверждения. Код отображён на картинке ниже. Если из-за плохого зрения или по другим причинам вы не можете прочесть код на картинке, свяжитесь с администратором
Код подтверждения:
Введите код в точности так, как вы его видите. Код не зависит от регистра, символа нуля в нём нет.
 

Часовой пояс: UTC + 2 часа


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
Hosting Ukraine
Powered by phpBB © 2000, 2002, 2005, 2007 phpBB Group
Русская поддержка phpBB